Приветствую Вас Гость
Пятница
15.12.2017
07:28

Космопорт "Nefelana"

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 15«123451415»
Форум » Большие миры Империи Лебедя » Крейсер "Иллюзион" » Доблестный имперский космофлот (Всяко-разно по теме =))
Доблестный имперский космофлот
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:33 | Сообщение # 41
Группа: Удаленные







Маккефри Энн. "Корабль, который пел"

Не знаю, по какой причине наткнулся вчера я на эту книгу. Быть может после жестокого убийства драконов Скайрима мне захотелось почитать про драконов Перна. И тут такой подарок - "Корабль, который пел". Читал взахлеб. Всю ночь. Не верил. Не верил, что опять все тоже, тоже о чем говорила Карина. Ну ладно бы одно, два, три совпадения... но тут их слишком много. Это наводит на мысль, что в каждой сказке есть доля правды. И тут она совсем не маленькая...

http://lib.rus.ec/b/142772/read

Немного цитат:

Рождение едва не обрекло ее на смерть: она появилась на свет физически неполноценной. Оставался последний шанс — контрольная энцефалограмма, тест, которому подвергались все новорожденные. Ведь всегда оставалась надежда, что в жалком тельце таится полноценный разум, что, несмотря на недоразвитые органы чувств, мозг обладает цепкостью и восприимчивостью.

Энцефалограмма оказалась неожиданно благоприятной, и эту новость поспешили сообщить ожидающим в печали родителям. Теперь от них зависело последнее, решающее слово — подвергнуть младенца безболезненному умерщвлению или предоставить ему возможность стать заключенным в капсулу «мозгом», ведущим элементом сложнейшей системы управления — из тех, которые применялись в совершенно особых сферах деятельности. В этом качестве их отпрыску предстояло на протяжении нескольких веков вести безболезненное и даже вполне комфортное существование в металлической оболочке, неся свою необычную службу на благо Федерации Центральных Миров.

Она осталась жить и получила имя Хельва. Три первых молочных месяца малютка размахивала скрюченными ручонками и слабо сучила обрубками ножек, как и все младенцы, наслаждаясь жизнью. И в этом она была не одинока — в специальных яслях большого города подрастало еще три таких же ребенка.


— Ты знаешь, — перебил ее Дженнан, витавший где-то далеко в своих мыслях, — у меня создалось впечатление, что отец мой был женат в первую очередь на Сильвии, своем корабле, а уж потом на матери. Постепенно я привык считать Сильвию своей бабушкой. Вообще-то она скорее пра-прабабушка — у нее небольшой номер. Раньше мы с ней, бывало, болтали часами.

Хельва сразу же пожалела о своей резкой отповеди. Ведь она прекрасно знала, как Дженнан был привязан к отцу. В его досье говорилось, что смириться с гибелью отца ему помог неожиданно благоприятный исход событий на Персиде.

— Факты бесчеловечны, Хельва. Зато отец был человечен, и я такой же. Да и ты тоже — в душе. Загляни в себя, 834. За всеми проволочками, которыми тебя опутали, бьется сердце — пусть маленькое, но обычное человеческое сердце. Воистину так.

— Прости меня, Дженнан, — тихо проговорила она.

После секундного раздумья Дженнан протянул руку и ласково похлопал по панели, за которой находилась ее капсула.


И Хельва, при всех безграничных ресурсах, бывших в ее распоряжении, не смогла, не сумела его спасти. Она могла лишь беспомощно наблюдать, как Дженнан судорожно вздохнул, повернул голову, умоляюще, взглянул на нее… и умер.

Только усиленное программирование, которому ее подвергали все годы обучения, помешало Хельве развернуться и ринуться прямо в раскаленное сердце взорвавшейся звезды. Окаменев от горя, она встретилась с конвоем беженцев, безропотно переправила своих обожженных, обессилевших от жары пассажиров на ожидавший их корабль.

— Я оставлю на борту тело моего пилота и проследую к ближайшей базе для погребения, — безжизненным голосом сообщила она Мирам.

— Тебе будет предоставлен эскорт, — ответили ей.

— Никакой эскорт мне не нужен.

Ответ был короткий:

— Х-834, эскорт выслан. — Итак, первая буква имени Дженнана уже исчезла из ее номера — так скоро! Потрясение было столь острым, что Хельва даже не смогла ничего возразить. Оглушенная, она молча ожидала рядом с транспортным конвоем, пока на ее экранах не появились очертания двух стройных «мозговых» кораблей. И вот уже все трое устремились к дому со скоростью, которая — увы! — мало напоминала мерную поступь погребального кортежа.

— 834? Корабль, который поет?

— Все мои песни спеты.

— Твоим пилотом был Дженнан?

— Мне не до бесед.

— Я 422.

— Сильвия?

— Сильвия давно умерла. А я — 422. Сейчас мои инициалы МС, — коротко отозвался корабль. Наш второй спутник АГ-640, но Генри нас не слушает. И это только к лучшему — вздумай ты удариться в бега, он не смог бы тебя понять. Но я бы его остановила, если бы он попытался тебе помешать.

— В бега? — от этой мысли всю апатию Хельвы как рукой сняло.

— Ну да. Ведь ты еще так молода. Запаса энергии тебе хватит на многие годы. Возьми да удери. Ведь ты — не первая. 732 исчезла двадцать лет назад — после того, как потеряла своего напарника в полете к белому карлику. С тех пор ее никто не видел.

— Я никогда не слышала о беглецах.

— Будь уверена, детка, в школе ты об этом ничего не услышишь, ответила 422. — Ведь это как раз то, от чего нас так старательно программируют.

— Нарушить заложенную программу? — в отчаянии крикнула Хельва, с тоской вспоминая ослепительное, добела раскаленное сердце звезды, которую она так недавно покинула.

— Думаю, сейчас это далось бы тебе без всякого труда, — тихо проговорила 422, и в ее голосе уже не было прежней горечи. — Ведь звезды по-прежнему мерцают в небе.

— Летать одной? — ошеломленно воскликнула Хельва.

— Одной! — сурово подтвердила 422.
Прикрепления: 6878114.jpg(45Kb)
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:33 | Сообщение # 42
Группа: Удаленные





— Скажи, Персида стоила той жертвы, которую ты ей принесла? — тихо спросила Хельва.

— Персида? — удивленно переспросила та. Ты имеешь в виду его отца? Да. Мы были там, на Персиде, когда без нас было не обойтись. Так же, как ты… с его сыном… на Хлое. Они тоже не могли обойтись без вас. Не знать, где ты необходим, не быть там, где нужна твоя помощь — это преступление.

— Но мне необходим он. Кто утолит мою нужду? — с горечью бросила Хельва…

— 834, — сказала 422 после того, как они целый день летели бок о бок в полном молчании, — Миры ждут твоего рапорта. На Регуле тебя ожидает замена. Пора менять курс.

— Замена? — только не сейчас, не так скоро… Напоминание о новом напарнике грубо нарушило щемящую пустоту, которую оставил в ее душе Дженнан. Но ведь ее корпус едва успел остыть от обжигающего жара Хлои! Хельва ощущала первобытное желание выждать время, чтобы в одиночестве оплакать свою утрату.

— Любой из них сойдет, если ты первоклассный корабль, — философски заметила 422. Замена — как раз то, что тебе нужно. И чем скорее, тем лучше.

— Ты ведь сказала им, что я не собираюсь удариться в бега? — спросила Хельва.

— Ты сама упустила момент, как, впрочем, и я после Персиды. А еще раньше — после Глен Архура и Бетельгейзе.

— Ведь мы запрограммированы на выживание. Мы просто не способны бросить все и сбежать. Ты испытывала меня.

— Поневоле пришлось. Мне приказали. Даже психологи не знают, почему корабль вдруг ударяется в бега. Миры забеспокоились и мы, твои друзья, тоже, сестренка. Я сама напросилась в эскорт. Не хотела… потерять вас обоих.

Как ни тяжело было Хельве, все же она ощутила прилив благодарности к Сильвии за ее грубоватое сочувствие.

— Никого из нас, Хельва, сия чаша не миновала. И поверь, это не просто слова утешения. Помни: если бы мы не умели сродниться со своими пилотами, то так и остались бы машинами, начиненными всяким хламом.

Хельва взглянула на неподвижное тело Дженнана, застывшее под саваном, и вдруг услышала в тихой каюте отзвук его глуховатого голоса.

— Сильвия! Я не сумела ему помочь.

— Да, дорогая, я знаю, — ласково пробормотала 422 и замолкла. Так, в молчании, три корабля стремительно неслись к главной базе Центральных Миров, размещавшейся на Регуле. Хельва нарушила тишину только для того, чтобы испросить разрешения на посадку и ответить на официальные соболезнования.

Три корабля одновременно опустились у края леса, где гигантские голубые деревья Регула несли стражу, оберегая сон тех, кто упокоился на маленьком кладбище базы. Весь личный состав, чеканя шаг, прошагал колонной и выстроился, образовав проход — от Хельвы до самой могилы. Почетный караул выступил вперед и медленно вошел в рубку. Тело ее покойного возлюбленного бережно уложили на катафалк, покрыли темно-синим, усеянным звездами знаменем спасательной службы. Она следила, как оно медленно движется по живому проходу, как ряды смыкаются за катафалком, образуют последний эскорт.

Наконец, когда отзвучали скупые слова прощания и самолеты совершили над открытой могилой церемониальный круг, Хельва, собравшись с духом, нашла в себе силы сказать любимому последнее прости.

Сначала тихо, едва слышно, потом все громче полились звуки старинной мелодии о вечере и вечном покое и, наконец, достигли такой пронзительной силы, что, казалось, весь бездонный черный космос отозвался эхом на эту прощальную песню, которую пел корабль.


— Что печали мои утолит? — злобно прошипела Кира, и, вытаращив зеленые глаза, с ненавистью уставилась на титановый пилон. — Ты хочешь знать, что утолит мои печали? — Неуловимым движением она, как отпущенная пружина взвилась с места. От ярости она даже стала казаться выше ростом, и неожиданная сила, обнаружившая в этом миниатюрном теле, испугала Хельву. Смерть! — Слышишь — только СМЕРТЬ! — она повернула руки ладонями вверх, и Хельва увидела тонкие белые шрамы на месте перерезанных вен.

— А ты! — Кира уронила руки. — Ведь у тебя была возможность умереть. И никто не смог бы тебя остановить. Так почему же ты этого не сделала? Что заставило тебя жить после того, как ОН умер? — с ядовитым презрением выкрикнула девушка.

Хельва судорожно вздохнула, стараясь отогнать мучительные воспоминания о том, как она поборола отчаянное желание броситься в раскаленное белое сердце взорвавшегося солнца.

— Разве ты не понимаешь, что человеку не позволено умереть, даже если он об этом мечтает? Не позволено! Кира заметалась по рубке, даже в ярости сохраняя странную звериную грацию. — Тебя тут же подвергают такой мощной обработке, что ты уже больше не можешь. В нашем великом обществе дозволено все — все кроме единственной малости, которая тебе необходима, если волею судеб ею оказывается смерть. Знаешь ли ты, что меня три года не оставляли в покое? А теперь… — Кирино лицо подурнело от гнева и презрения, теперь ко мне приставили тебя в качестве сиделки. И не думай, что я не знаю: тебе уж конечно не преминули по секрету сообщить о моей психической неуравновешенности.


Все забыть, отдохнуть, умереть!

— насмешливо загремел тенор, яростно бичуя Кирино стремление к смерти.

— Зря стараешься, — скептически заметил Ценком. — Разве не видишь — она решила умереть.

— ОТКЛЮЧАЮЩИЙ ПАРОЛЬ! — вновь переходя на звонкое сопрано, возопила Хельва по экстренной связи и тут же возвысила над толпой оглушительный, исполненный грозной силы голос, гремящий ожесточенным протестом:

Все забыть, отдохнуть, умереть!

Последняя фраза язвительной издевкой разнеслась над площадью. Хор, не в силах повторить ее на той же невероятной высоте, спустился на октаву ниже, и насмешливый вызов, которому аккомпанировал рокот извергающихся вулканов, волной прокатился по толпе.

Внезапно Хельву потряс беззвучный толчок страшной силы, все в ней будто перевернулось, и беспорядочные обрывки образов рывком соединились в единое целое. Она увидела мрачную камеру, тускло освещенную красноватым отблеском пламени, и в ней — Киру! Перейдя на ночное зрение, Хельва смогла как следует разглядеть помещение и тотчас заметила ее жуткого обитателя.

На черной базальтовой плите, приподнятой над полом, покоились разложившиеся останки того, кто некогда был человеком. Обнажившиеся зубы белели в зловещей пародии на улыбку. Шейные сухожилия натянулись, как струны. Хрящ гортани уходил под ворот нетронутого тлением пилотского комбинезона. Руки, сложенные на раздавленной смертельным ударом груди, переплели отросшие после смерти ногти. Мертвый напарник 732 торжественно возлежал на траурном возвышении, как будто выставленный для последнего прощания.

Это его увидела Хельва через Кирину кнопку связи… наконец-то!

Вдруг камеру заполнил тоскливый рыдающий звук — монотонный и бессмысленный, он, казалось, исходил отовсюду — из стен, пола, потолка. Это обезумевший от горя мозг, заточенный в нерушимую титановую капсулу, разомкнув все контуры, забыв обо всем на свете, предавался своей неизбывной скорби.

До передела убавив звук, Хельва чуть слышно шепнула Кире:

— Это беглый 732. Он совсем обезумел. Придется его уничтожить. — Зная о том, что ей предстоит сделать, Хельва предпочитала думать о 732 как о безымянном корабле, чем о женщине, которой когда-то был этот несчастный мозг.

Кира вздрогнула, но ничего не ответила.

На какую-то страшную долю секунды Хельва задумалась: а вдруг Кира случайно включила связь, вдруг она все еще находится во власти непобедимого желания умереть? Удалось ли Хельвиному дилану своей едкой издевкой развеять наваждение, влекущее девушку к самоубийству? Сумела ли Хельва вырвать свою напарницу из опасного забытья? Отключающий код окажется бесполезным, если подвижная половина Хельвы не поможет ей обезопасить безумный мозг.

Кира медленно приблизилась к возвышению, на котором покоился ужасный труп. Рыдания стали громче, постепенно в бормотании 732 уже можно было разобрать отдельные слова:

— Он ушел. Тот, кто Повелевает, ушел, — заунывно запричитала 732, и толпа подхватила ее слова с такой же готовностью, как и дилан Хельвы. — Он ушел, мой Сибер, ушел навеки…

Нет, только не это! — Хельва почувствовала, как ее душу наполняет тоскливая безысходность.

В этот миг на фоне причитаний 732 послышался чей-то посторонний голос:

— Знаешь, Лия, этот карлик не так уж безобиден, — он звучал так гнусаво и неразборчиво, что с трудом можно было узнать отдельные слова. — Я ничуть не удивлюсь…

Да это же мужской голос, — вдруг поняла Хельва, — просто пленка движется на замедленной скорости, поэтому он и звучит таким странным завыванием. Очевидно, корабль уже столько раз прослушивал эту запись, что голос Сибера претерпел такие же невосстановимые изменения, как и его труп.

Между тем Кира, грациозно покачиваясь, приблизилась к пульту управления.

— Говори же, Сибер, позволь рабе твоей Кире вновь услышать певучую музыку твоего бесценного голоса, — промурлыкала она, склоняясь перед пилоном, за которым скрывалась капсула безумной 732.

Хельва едва сдержала крик несказанного облегчения — она поняла намек, который дала ей Кира.

— ЦЕНКОМ, ОТКЛЮЧАЮЩИЙ КОД, СРОЧНО! — с мольбой крикнула она в микрофон экстренной связи и услышала, как стоны 732 внезапно смолкли. Хельва почти ощутила, как корабль затаил дыхание.

Ну где же этот чертов Ценком?

— Лия, я почти ничего не слышу, ужасные помехи… Попробуй наладить связь. Это карлик черт знает что вытворяет…

Даже Кира невольно подскочила, услышав, как Хельва, перейдя на баритон, отчаянно импровизирует, подражая голосу Сибера.

— Ничего не могу разобрать… Лия! Лия! У тебя что, контакты распаялись?

— Это ты, Сибер? — воскликнул безумный корабль, и в голосе его прозвучала исступленная надежда. — Я в западне, в страшной западне! Меня снесло с курса, когда взорвалась вершина вулкана. Я хотела умереть, умереть вместе с тобой!

Кира отчаянно боролась с драпировками, скрывающими доступ к смотровой панели. Ее стражи, почуяв угрозу святотатства, стряхнули оцепенение и бросились вперед, чтобы остановить девушку. Но она с неожиданной силой двинула одного в челюсть, потом, поднырнув под второго, перекинула его через себя, да так ловко, что он ударился головой о каменную плиту и затих.

— КХ, слушай отключающий код: на-тхом-те-ах-ро, и не забудь о тональности!

И Хельва, отчетливо сознавая, что убивает себе подобное существо, передала 732 отключающий код. Эти слоги, прозвучавшие в строго определенной тональности, отключили механизм, запирающий смотровую панель, и Кира, ловко сняв ее, открыла клапан, пуская в оболочку усыпляющий газ.

— Где ты, Сибер? Я не вижу тебя… — взметнулся жалобный вопль 732 и, оборвавшись, смолк навеки.


— Так, значит, киборгам тоже знакомо понятие «честь»? — с легкой иронией осведомился он, но глаза его смеялись.

— Безусловно, и каждому известно, что нас отличают врожденная надежность, верность, учтивость, честность, вдумчивость и нечеловеческая неподкупность.


Вся верность, которую она когда-то питала к Терону, исчезла вместе с тем чувством безопасности, которого ее так внезапно и грубо лишили. Итак, ее дражайший напарник решил, что сопротивление бесполезно, и со спокойным достоинством приготовился ждать самого худшего… как, по его мнению, и подобает поступать каждому разумному человеку.

Вот только по мнению всех остальных — включая и капитана, если судить по выражению его лица, — такое достоинство равнозначно трусости, и сама Хельва была в этом твердо убеждена. А от Терона она ничего другого и не ожидала: он просто не мог поступить иначе.

Зато Райф, напарник Делии боролся до конца. Он в кровь изодрал руки, но умудрился проделать в плотной обивке своей камеры ступеньки и добраться до люка в потолке. Одурманенный менкалитом, ослабевший от голода — он отказался от пищи, чтобы скорее вывести наркотик из организма, — Райф дополз до воздушного шлюза, где его и нашли подоспевшие спасатели.

Хотя нет, если подумать как следует, ничего она не может. Несмотря на все свои недостатки, «тела» — все же не заурядные инженеры, которых тысячами выпекают на всех планетах. Они проходят специальное обучение, готовящее их к сотрудничеству с необычным партнером. Она больше не может ошибиться — выбрать симпатичного парня, а потом убедиться, что он пустое место. Даже при краткосрочных контактах с промышленными или межпланетными агентствами она должна быть уверена, что на партнера можно положиться, что он обладает здравым и широким кругозором, — иначе ее будут надувать, регулярно и систематически. А кроме того, ей нужен постоянный напарник, а не очередной временный жилец. Нужен товарищ, умный и понимающий друг, а не равнодушный наемник.

Был и еще один фактор, который еще больше сужал сферу поиска. Многие во всех отношениях разумные граждане их огромной цивилизованной галактики испытывали отвращение или суеверный ужас при одной мысли, что за титановой панелью замуровано человеческое существо, присоединенное к управляющим системам мощного космического корабля. Такому невротическому страху могут быть подвержены даже столь мало впечатлительные люди, как Терон, который убедил себя в том, что капсульники — не настоящие люди, а сверхсложные компьютеры.

И лишь очень немногие из тех, с кем ей довелось встречаться, — грустно призналась она себе, — видели в ней, Хельву, личность, мыслящее, чувствующее, разумное абсолютно человеческое существо.

Именно так относился к ней Дженнан. Теода, если не считать одного краткого мига взаимопонимания, была слишком погружена в свою личную трагедию, чтобы у них с Хельвой могли установиться близкие человеческие отношения. С Кирой Фалерновой они проработали бок о бок три года, но ни одна из них не позволила дружбе перерасти в более глубокую привязанность.


Они быстро собрались и ушли. Остался один Найал Паролан. Вид у него был расстроенный и какой-то оцепеневший — словом, он реагировал совсем не так, как могла ожидать Хельва.

— Наверное, Хельва, ты все-таки пошутила, — произнес он наконец, и голос его предательски дрогнул, несмотря на явные попытки овладеть собой.

— С какой стати? Вы знаете все, что положено знать «телам», лучше, чем кто бы то ни было в нашей конторе. И все, что касается корвиков, тоже изучили вдоль и поперек. И наверняка разобрались в уравнениях Бреслау, прежде чем…

— Еще бы, — с горечью воскликнул он, и все его самообладание как рукой сняло. — Неужели ты думаешь, что я мог втянуть тебя в то, что сам не проверил от начала и до конца? Но знай: именно я затеял весь этот фарс. Я, а не Рейли! Это я его уговорил. И Бреслау с Добриньоном тоже. Потому что знал: только так можно поймать тебя на крючок.

— Это ясно, как Божий день!

— И я не оставил тебе никаких шансов. Потому что знал, на какую из твоих кнопок нажать и в какой момент. И я добился своего, прости меня Господи!

— Спору нет — вы самый бессовестный инспектор во всей нашей конторе, согласилась она, противопоставляя его едкому самобичеванию безмятежный юмор. — И то, что вы мне только что подстроили, — грязная и гнусная ловушка.

— Ты можешь хоть раз выслушать меня, безмозглая жестяная ведьма? Можешь понять, что я с тобой сделал? Ведь я вынудил тебя остаться на службе!

— Нет, я сама решила остаться. Но на своих условиях.

Найал смотрел на нее безумными глазами. На лице его боролись противоречивые чувства. С него разом слетела вся бравада и самоуверенность. До него только сейчас дошло, что она действительно обвела его вокруг пальца, и самолюбие его получило ощутимый удар.

— На твоих условиях? Теперь понятно… Вот еще один прекрасный пример торжества космической справедливости, — бросил он и хрипло расхохотался над чем-то понятным только ему одному.

— Почему бы вам, Найал, не поделиться этой шуткой со мной? Я тоже охотно повеселюсь, даже если придется смеяться над собой.

В его глазах застыли слезы, он выпрямился, как от удара, прижав стиснутые кулаки к бокам.

— Ну так слушай. Я, Найал Паролан, подстроил все это, потому что не смог допустить, чтобы ты ушла из Центральных Миров. Именно так. Да, я подсовывал тебе самые выгодные задания, чтобы ты могла поскорее расплатиться. А когда этот день настал, понял, что не смогу вынести такой перспективы, и заварил всю эту хитрую дерьмовую кашу, чтобы тебя удержать. И только когда увидел, что ты реагируешь именно так, как я рассчитывал, понял: я воспользовался своим положением ради самого гнусного дела в длинной череде хитрых, коварных, гнусных махинаций. Но я знал, что уже не могу остановить механизм, который сам же запустил. Я даже не мог найти способ вытащить тебя из этого дерьма. А ты, Хельва, ты выбрала меня своим «телом»! — его смех звучал как крик о помощи.

— И не изменю своего выбора, — решительно произнесла она. Нужно как-то остановить этот ужасающий смех! — И мною руководит такой же эгоизм, который двигал и вами, когда вы хотели оставить меня на службе. К тому же, мне будет как-то спокойнее, если вы станете моим «телом», а не инспектором. В конце концов, что мне еще делать, как не служить Центральным Мирам? — сказала она уже мягче. — А вы помогли мне остаться на моих условиях, потому что они распрекрасно знают: я единственный корабль, который справится с этим заданием. И вы, Найал Паролан, нужны мне как напарник, потому что вы чертовски умны, изобретательны, беспринципны и требовательны. Потому что вы знаете, как со мной обращаться, на какие кнопки нажимать. Конечно, ростом и наружностью вы не Бог весть что, но на этом я уже обожглась. И я верю, что вы вытащите меня отовсюду… даже с Беты Корви.

— Веришь… мне? — с трудом выдавил он. Тело его тряслось от нечеловеческого напряжения. — Да ты соображаешь, что говоришь, безмозглая, несуразная идиотка, недоразвитая романтическая жестяная дуреха? Ты веришь — мне? Неужели ты не понимаешь, что я знаю о тебе все до последней мелочи? Я даже сделал хромосомное экстраполирование и теперь знаю, как ты выглядишь? Знаю, какие отключающие слоги закодированы в твою панель не далее, как семь дней назад! Она мне верит! Да я последний человек из, тех, кому ты можешь верить. И ты выбрала меня своим «телом»! Боже милостивый…

Это открытие потрясло Хельву до глубины души. Так значит, у Паролана возникло к ней телесное влечение? Она не знала, что делать — благодарить небеса или выть от ярости. В душе ее боролись восторг и ужас. Нет, она знает, что ей делать. Еще ничего не потеряно. Подсознательное стремление «тела» увидеть лицо своего «мозгового» партнера — явление не столь уж редкое, когда между напарниками возникает глубокая эмоциональная привязанность. Обычно оно неосуществимо из-за невозможности открыть смотровую панель. Но если Найал знает секретный код…

Она должна избавить его от этого наваждения, так или иначе…

— Вот почему, Хельва, я не могу быть твоим «телом», — упавшим голосом проговорил Найал. — Только прошу тебя, не надо дурацких песен о том, что это обычное для тел наваждение, что оно пройдет. Я знаю отключающие слоги. И однажды малыш Найал может не выдержать. Мне придется открыть этот гроб, в который они тебя замуровали. Взглянуть на твое прекрасное лицо, коснуться ангельской улыбки и обнять тебя…



Он подходил все ближе, шаг за шагом преодолевая чудовищное сопротивление, пока не приник всем телом к ее пилону, вжавшись щекой в неподатливый металл. Пальцы побелели от усилий проникнуть за разделяющую их титановую поверхность. Вот рука его медленно скользнула к смотровой панели. А на лице застыло спокойное, отрешенное, почти счастливое выражение, глаза были закрыты, как будто он уже держал ее в объятиях.

— Тогда скажи эти слоги! — затрепетав от страсти, крикнула она. — Сними панель, открой капсулу, загляни мне в глаза, прижми к груди мое уродливое тело. Я лучше умру в твоих объятиях, чем навеки останусь нетронутой девственницей — без тебя!

Он вскрикнул и отпрянул, будто обжегшись о холодный металл. Лицо исказила страшная гримаса.

— Вот видишь, Найал, ты этого не сделал — значит, не сделаешь никогда, — тихо и нежно проговорила она, стараясь справиться с неожиданно нахлынувшим желанием, которое грозило свести ее с ума.

— Боже мой, Хельва, нет, нет!

Он повернулся и бросился к шлюзу. Рванул рычаг двери. Выскочил из лифта, не дожидаясь остановки. И исчез в главном здании.

«Теперь мне остается только ждать, — с тоской думала Хельва. — Он должен принять решение сам. Должен сам захотеть вернуться, после того, как убедится, что может доверять себе. Моя безоглядная вера в неги ничего не значит. Ведь именно от него зависят все наши планы, замыслы, свершения».

Ну почему я не захлопнула перед ним двери шлюза? Почему не заставила его остаться, пока он не поймет, что все уже прошло, что опасность навсегда миновала? Почему не воспользовалась моментом, когда с него слетела вся бравада — ведь уже никогда он не будет так открыт, незащищен ни от меня, ни от себя самого. И он это поймет, как только придет в себя.

Вероятно, он скоро вернется — заносчивый, беспечный, весь напор и самоуверенность. Если привязанность зашла так далеко, он непременно вернется. Просто не может не вернуться. Хотя… Найал Паролан сможет все. Если решит, что так нужно. Он такой. Он сумеет оправдать любой вероломный, коварный, беспринципный замысел, который сам же состряпал, а потом выкинуть его из головы, как только тот сослужит свою службу. Но поставьте его в такую ситуацию, которая затронет его душу, взовет к его глубоко запрятанным и бдительно охраняемым лучшим чувствам, — и Найал Паролан сможет сделать благородный жест, проявить несвойственный ему акт самопожертвования. И до конца жизни обречь их обоих на несчастье!

Может быть, вызвать Рейли? Он примет безотлагательные меры. Но какие? Найал укрылся в главном здании. Ему необходимо все обдумать, взвесить и принять решение. И она искренне надеется, что он решит вернуться. И потом, после всего того, что они устроили Рейли, лучше его лишний раз не раздражать. Особенно по поводу Паролана.

И Хельва продолжала-ждать — открыв шлюз, опустив лифт.

Он назвал ее красивой. Когда он успел сделать экстраполяцию ее хромосомной структуры? Это должно было стоить ему целого состояния. Перед ее полетом на Бету Корви? Или во время происшествия на Бореалисе? Господи, неужели он видел ее медицинскую карту? Нет, это оттолкнуло бы такого поклонника женской красоты, как он. — Она усмехнулась своим мыслям. Неужели он нашел ее юной и желанной? Конечно, ошеломляющие сексуальные подвиги, на которые он так прозрачно намекал, могли быть обычной болтовней. С другой стороны, мужчины, которых судьба обделила статью, зачастую могут похвастаться другими весьма завидными качествами. И аппетитами им под стать. Но он сказал, Что ее лицо прекрасно. И пусть это всего лишь искусственная экстраполяция, все равно услышать такое приятно. Он не из тех, кто легко бросается такими словами. Раз он так сказал, значит она действительно красива.

Мысль о собственной красоте льстила и одновременно лишала покоя. Капсульников специально программировали, чтобы они не задумывались о своей внешности, и заботились о том, чтобы они никогда не видели своих изображений. Это тоже принадлежало к разряду особо секретных сведений. Но, по-видимому, для того, кто настроен решительно, нет ни секретов, ни святынь. Найалу удалось узнать новый отключающий код, известный только шефу Рейли и вдобавок, в качестве дополнительной предосторожности, под гипнозом запечатленный в его памяти.

Значит, она прекрасна, — так сказал Найал. Но где же он?

Люди умирали, и черви их сжирали,

Но не от любви.

Она усмехнулась этим странным строкам, так неожиданно пришедшим ей на память. Тем не менее, ничто на свете не заставляло людей так отчаянно рисковать, как красота, особенно красота недосягаемая.



Сообщение отредактировал Heys - Воскресенье, 27.11.2011, 14:25
 
IsДата: Суббота, 15.01.2011, 19:34 | Сообщение # 43
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1745
Статус: Offline


Сообщение отредактировал Is - Среда, 18.01.2012, 18:38
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:36 | Сообщение # 44
Группа: Удаленные





"Но не для тех, кто из гордыни
Против основ действует ныне,
Кто посягнуть смел на святыни,
Кто был к советам глух!
Это война.
Одно предательство – отнюдь не цена,
Одно предательство – отнюдь не цена
Одно предательство – отнюдь не цена
За мир.
Меньшее зло!
Одно предательство ахейцев спасло,
Одно предательство ахейцев спасло
Пора и нам сходить троянским конем,
Мессир!"
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:36 | Сообщение # 45
Группа: Удаленные





 
NefelanaДата: Суббота, 15.01.2011, 19:36 | Сообщение # 46
Местный житель планеты N
Группа: Администраторы
Сообщений: 8123
Статус: Offline
Пост имеет косвенное отношение к имперскому космофлоту,
но имеет...
cool

Командору

"Она писала Любовь свою
мирами звёздными
по волнам хаоса...
И свято верила,
что он в бою..."

Nefelana


 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:37 | Сообщение # 47
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:37 | Сообщение # 48
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:38 | Сообщение # 49
Группа: Удаленные







Дневник спейсмарина.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


День 1
Прибыли на крейсер. Размещаемся.

День 2
Осматриваем крейсер. Здоровая же хреновина! Генри пошел искать сортир и заблудился.
Ищем.

День 5
Заходил сержант. Спрашивал куда делся Генри. Честно ответили что он пошел в туалет...
Правда забыли добавить что это было 3 дня назад.

День 6
Забили искать Генри. Да и сержант похоже тоже забил. Начинаются тренировки.

День 7
Первый день тренировки. Нас отвели в оружейную и выдали доспехи с оружием. Весь оставшийся день примеряли доспехи. Гарольд первым одел доспех. Оказалось что ему дали терминаторский. Поскольку новобранцем вот так сразу звание терминатора не дают, пошли выяснять в оружейную. Механикумы были в шоке. Они никогда не думали что из скаутской брони можно собрать доспех Терминатора.
Обещали подумать.

День 8
Сегодня нам показывали болтер. Здоровая дура. Да еще и весит как три мешка картошки. И отдача будь здоров! Дальнейшие тренировки отменили потому что у всех дрожали руки после стрельбы из болтеров. Пришел сержант. Сказал что оружейники дико извиняются за то что по ошибки выдали нам Хевиболтеры.

День 9
С утра приходил сержант и вяло поинтересовался, не видел ли кто его именного шлема. Пожали плечами и пошли на стрельбище. Выдали нормальные болтеры. Классная вещь! Увлеклись и израсходовали 4 ящика болтов. Оружейники объявили что стрельбище на время закрыто, т.к. им надо заново его отстроить. Ночью устроили пьянку по поводу удачных стрельб.

День 10
Ходили на утреннюю медитацию. Половина наших опоздало на час. Как нам говорили другие отряды, медитация была сорвана мощным храпом. Надеюсь это были не мы. Каппелан в шоке. Опять пили ночью.

День 11
С утра опять приходил сержант. С каппеланом. Пытались сделать нам втык за вчерашнюю медитацию. Большинство из нас даже не проснулись а остальные послали каппелана на (censored) Было построение на главной палубе. Все еще офигевающий каппелан не очень уверенно сказал, что 7мому взводу выносится выговор с понесением наказания. Когда построение кончилось Крис вспомнил, что "седьмой взвод" - это МЫ. Отрабатываем наказание. То есть прочесываем крейсер на предмет наличия противника. По кодексу надо было разбиться на пары, но мы решили идти всей толпой. Ведь так веселее!

День 12
Все еще прочесываем корабль. Нашли три заначки, секретный склад с оружием, и ящик водки "Терминатор". Заныкались со всем этим на складе с едой и закатили такую попойку, что все на крейсере наверняка подумали, что здесь собрались еретики.

День 13
Продолжаем прочесывание. Вдруг еще ящик водки найдем?

День 14
Водки нет. Не везет. Стало скучно. Зашли в ближайший склад продуктов и оторвали рога от туши барана и взяли пару кусков сырого мяса. Рога приделали к голове Гарольда, и натерли его доспехи кровью от мяса. После этого полкорабля бегало от него с криками "Хаосит!!!". Веселились так некоторое время. Когда в конце коридора появился отряд терминаторов в боевом построении, стало как то не смешно. Особенно Гарольду. Быстренько содрали с него рога и стерли кровь.
Пронесло...

День 15
Прочесали крейсер. Возвращаемся в казармы. Послушали что говорят члены экипажа. Оказалось обсуждают Хаосита появившегося на крейсере. Тихо посмеялись своей недавней шутке. Надо будет как нибудь повторить. Вдруг из темного угла на нас выскакивает обросшее, грязное, вонючее нечто с мычанием. И в шлеме - лица не видно. Дружно охренели. Реально хаосит! Запинали его ногами, и с предвкушением награды поволокли за ноги к сержанту. Сержант радостно запрыгал вокруг тела. Видимо тоже предвкушает награду. Довольные собой пошли спать. Заснуть после столь бурного дня никто не смог, так что опять нажрались.

День 16
Нас разбудил яростный мат сержанта, перемежающийся нецензурнвми словами. Когда все встали,
сержант рассказал нам, что на допросе вчерашнего хаосита выяснилось что это заблудившийся пару недель назад Генри. Оказывается он все это время бродил по кораблю пытаясь найти уже не только сортир, но и кухню с душем. Но туда его упорно не пускали
по причине некондиционного состояния. Помимо этого в надетом на него шлеме сержант признал свой шлем. Генри объяснил это тем что хотел использовать тамошнюю рацию. Кто ж знал что ящик из под торпеды, в котором сидел Генри, шглушит все сигналы? Когда мы его нашли, он так обрадовался что не смог
сказать нам ни слова и очень удивился, когда мы набросились на него с ногами и воплями "Мочи Хаоситов!!!".
Сержант сказал что он скоро поправится.

День 17
Тренируемся.

День 18
Сегодня вышел из медпункта Генри. Увидев наши радостные физиономии, сделал попытку забиться
обратно, но двери уже закрылись. К его удивлению мы поздравили его с выздоровлением и презентовали
последнюю бутылку водки. Он нас простил и обещал поделится водкой. Это он зря.
Вечером зашел сержант и сказал что с завтрашнего дня он будет делать из нас настоящих Космодесантников.
Ночью праздновали это дело бутылкой, которую отдали Генри. Правда только втроем и без Генри. Но думаем
он не обидится

День 19
Поскольку вчера пили мало, то встали рано. Это несказанно порадовало сержанта. Он отвел нас на полигон и объяснил боевую задачу. Нашей целью было пробраться сквозь огонь противника и захватить бункер. В качестве противников выступали сервиторы с лазганами. Мы начали нервничать но успокоились после того, как Крис с Лукасом расказали нам по секрету о том, что ночью они повытаскивали все боеприпасы из сервиторов. Так что после команды старта мы не поползли на пузе, а неспеша двинулись вперед, постреливая из болтеров. После успешного (еще бы!) завершения тренировки сержант еще долго не мог поднять челюсть с пола. В итоге втык получили оружейники.
После этого направились в оружейную. Но нас туда пускать не захотели. Видимо все-таки обидились за сервиторов на полигоне. Подумаешь, батареек им жалко! Зато у нас теперь по ночам лазерное шоу в казарме!

День 20
Сегодня был день чистки и починки обмундирования. Разбирали доспехи и болтеры. Крису под руку подвернулся плазмаган и он его тоже разобрал, слив плазму в ведро. У Лукаса укатился винтик под стол и он полез его доставать, в следствии чего задел задницей стол и теперь уже все части его болтера попадали на пол. Пока Лукас вылезал из под стола, все детали его болтера успели растащить. В итоге к этапу сборки болтеров у него оказался кожух, боек, три болта, тот винтик и еще пара деталек, которые он смог выклянчать у нас. Но болтер он все рано собрал, т.к. мы милостиво поделились с ним детальками, оказавшимися лишними. Крис собрал помесь болтера с плазмаганом. Подъехавший оружейник спросил, какой идиот выдал нам комби-болтер?
Покончив со сборкой болтеров начали собирать доспехи. У Гарольда опять получился Терминаторский доспех. Оружейники уже серьезно думают о том чтобы выдать Гарольду броню ИГ - уж из нее он ничего точно не соберет. Ну и пусть думают! Все равно на такого, как Гарольд, броня ИГ не налезет.
У Сирда почему-то вместо брони получилась нога Дредноута. Выяснив, что каким-то мистическим образом получилось так, что ее невозможно разобрать, решили оставить как сувенир.

День 21
Сегодняшние тренировки были посвящены стрельбе из того, что вчера собирали из болтеров. Только у половины отряда получились нормальные болтеры. У всех остальных не хватало половины деталей в конструкции. Однако неправильно собранные болтеры стреляли лучше чем нужно, а правильно собранные не стреляли вообще. Болтер Лукаса повел себя странно. Болты из него не вылетали а почему-то вываливались. Болтер криса стрелял не болтами, а плазмой. И в три раза мощнее чем ПлазмаПушка. Причина такого поведения болтера осталась загадкой даже для оружейников, т.к. они самолично вынули из него все детали плазмагана.
Вечером пришел злой сержант с механикумами. Поинтересовался, какой придурок слил плазму в ведро для мойки палубы. Мы предположили что это наверняка взвод из соседнего отсека. Сержант не поверил, и сказал, чтоб больше такого не было, не то в дыру уже провалились пять сервиторов и один офицер. А таскать их тела по лестницам из трюма никому не хочется. Извинились и обещали что больше такого не будет.

День 22
Сегодня у нас урок бронетехники. Показывали ЛэндСпидер и Рино. Правда зная наши загребущие руки, с них сняли все, что смогли отвинтить. Так что фактически нам показали лежащие на полу корпуса. Без двигателей и колес. Мы обиделись на такое недоверие, и ночью пробрались на склад, взяли части от техники, и собрали помесь Рины и Спидера. Крис сам не понял как так вышло, ведь он все делал по стыренной инструкции. Полчаса с матом разбирались с инструкцией. Выяснилось что это инструкция к Громовому Ястребу. Плюнули и решили испытать ту хреновину, которую собрали. Получилось нечно на гусеницах с прицепом на антиграве и реактивными двигателями. Полез все это испытывать Крис. Когда он дал газ, агрегат секунду постоял, а потом рванул с места на скорости в 200 кмч. с жутким скрежетом и ревом движков. Пролетев весь ангар длиной 800 м. почти мгновенно, он сочно впечатался в переборку с таким грохотом, что разбудил весь немаленький крейсер. Пока мы доставали Криса из под кучи металла с торчащими двигателями, прибежал сержант с половиной нашего отделения. После получаса мата, криков и угроз сержант решил, что пора отправлять нас на поверхность планеты.

День 23
Готовимся к десантированию. Зашел сержант и радостно объявил что десантируемся на Десантных капсулах. Объяснил это тем, что механикумы все еще очень на нас злятся за разобранный Рино и Спидер, и отказались дать Громовой Ястреб. Боятся что мы его до взлета разберем. Выяснили что десантируемся с соседним взводом. На каждый взвод выделили две десантных и одну грузовую капсулу. Грузовую забили ящиками с водкой и закуской. Оборудование выкинули. В крайнем случае одолжим у соседнего взвода.
Десантирование прошло весело. Всю дорогу до поверхности пели песни. Сержант никак не мог понять, почему мы не блюем. Ну он же не знает что мы заблевали весь ангар с капсулами перед выброской. Наконец-то приземлились. Здравствуй, планета!...

День 24
Выбрались из капсулы. Гарольда стошнило. Мы же ему говорили чтобы не жрал перед высадкой. После переклички выяснилось что приземлился в нужном месте только наш взвод. Связались по воксу с крейсером. Выяснилось, что при выброске второго взвода капсулы сошли с салазок из-за блевотины, которой почему-то оказалась залита вся стартовая палуба. В итоге капсулы просто выкатилились из люка и, кувыркаясь, улетели по неизвестной траектории и планете.
Строим лагерь. Сержант никак не может понять, почему вместо "Набора по строительству лагеря" в грузовой капсуле оказались ящики с водкой и закуской. Ну эт ничего! Он еще не знает что мы с его именным спальным мешком сделали...

День 25
Первая ночь в кое-как построенном из обломков ящиков лагере прошла успешно. Только ночью сержант будил каждого и спрашивал, какая сволочь набила его спальный мешок солеными огурцами. Естественно спросонья никто не мог этого вспомнить. Часикам к 11 все проснулись. Увидев сержанта, сидящего у газовой горелки с мрачной физиономией, спросили его, почему он пахнет солеными огурцами. Он ответил что ночью было очень холодно, и ему пришлось спать в своем спальном мешке, вытряхнув из него все огурцы. Позавтракали огурцами с водкой. Сержант собрал нас всех, и объявил цели тренировочной миссии.
Нашей первой задачей было связаться со вторым взводом и воссоединится с ним. Сержант достал связной терминал и начал налаживать связь. Спустя полчаса Безуспешных ковыряний Крис предложил свою помощь. Сержант посмотрел на него как на врага Империума, и заявил, что к терминалу он его не подпустит, потому что с Криса станется собрать из него (терминала) телевизор на радость взвода. Еще через час сержант принял решение поискать более выгодную для связи позицию, и, взяв двух человек, отправился в сторону ближайщего пригорка. Мы решили немного расслабится и выпить. Спустя час и ящик водки Гарольд нашел горку огурцов. И засыпал их в ближайший мешок, мотивировав это тем, что мешок и так уже огурцами воняет не по-детски. Еще через час вернулся сержант. Но без терминала и одного сопровождающего. Как он нам объяснил, он оставил одного дозорного а терминал упал в овраг и наверное разбился. Впрочем связь установили до этого так что у нас теперь были координаты второй группы высадки!

День 26
Ночью мы вдвоем с Крисом пробрались к тому оврагу, куда предположительно упал терминал. Довольный Крис прижимал почти не поврежденный терминал к груди, видимо предвкушая сборку телевизора или игровой приставки. Пришли в лагерь как раз к тому моменту, как сержант бегал по лагерю и вопил что-то про каких-то придурков и огурцы, которые он уже почему-то видеть не может. Не обращая на него внимания легли спать.
На утро сержант поднял всех рано и повел в сторону высадки второго взвода. Крис долго ругался, почему у него отобрали его терминал. Сержант заявил что это ЕГО терминал, на что Крис ответил, что это смотря как посмотреть. Сержант понял что попал и решил замять тему. Выдвинулись к цели. Спустя полдня мы были на место. Стоял небольшой бункер с колючей проволокой и минным полем. Наш сержант сказал что вот так надо строить укрепления! Спросили его, как он собирался строить бункер из ящиков из под водки. Он не нашелся что ответить и просто пошел вперед.
После встречи второго взвода выяснилось, что у них есть все нужное снаряжение. Но мы насчитали не десять, а восемь человек. На этот вопрос вотрой сержант ответил что перед посадкой в капсулы двое поскользнулись на субстанции, покрывавшей стартовую палубу, и получили многочисленные травмы....
Они немного поделились припасами и мы построили еще один лагерь поменьше. Заночевали.

День 27
Крис назло сержанту все-таки ночью собрал телевизор из терминала и мы всем взводом смотрели матч Сборной ИГ. Также Лукас, Гарольд и Генри тайком подобрались к ящикам второго взвода и стащили две трети боезапаса. Утром нас разбудили крики сержанта второго взвода. Он никак не мог понять куда делся его терминал и откуда взялся телевизор. Наш сержант нас не выдал, поняв что его терминалу больше ничего не угрожает и лишь злорадно ухмылялся. Общим военным советом было принято решение вернуться к месту нашей посадки чтобы забрать продовольствие.
Пришли на место и расположились лагерем. Две трети от двух взводов сели смотреть телевизор. Остальные начали складывать провизию в вещьмешки. Гарольд нашел какой-то удобный чистый мешок и запихал в него остатки соленых огурцов. Оставшееся время потратили на инвентаризацию и обустройство лагеря

День 28
Ночью нас опять разбудил сержант. Второй. Он не понимал, почему у него в спальном мешке лежат огурцы и еще что-то, похожее на винегрет. Гарольд сказал, что так называемый "винегрет" - это его вечером опять тошнило, а огурцы он запихал в первый попавшийся мешок. Он же не знал что по тонкой иронии это окажется спальный мешок второго сержанта.
С утра наш сержант был странно задумчив. Интересно почему? Ведь мы на этот раз ничего не делали. Когда его об этом спросили он молча указал нам на игровую приставку, подключенную к уже знакомому телевизору, и грустно сказал что он не может найти свой терминал. Вид у нашего сержанта был настолько жалкий что мы попросили Криса сделать небольшой передатчик. Он обещал сделать его, если хватит оставшихся деталей.
Несмотря на временную потерю средств связи, наша миссия продолжалась. Следующей нашей целью было добраться до старого аванпоста и активизировать систему планетарной защиты. Добирались долго. В течении пути Гарольд два раза чуть не упал в пропасть. Уже вечер, а аванпоста еще нет. Сержанты решили идти ночью. Наверное боялись огурцов и Криса.

День 29
Шли ночью. Приборов ночного видения у нас нет, а в темноте мы нихрена не видим. Мы ж пока только скауты-новобранцы... Утром вышли к аванпосту. Крис тут же заявил, что если эту грубу ржавого металла нам надо активизировать, то ему проще будет построить новую станцию из телевизора, приставки и чьего-нибудь болтера. Болтер никто отдавать не захотел так что было принято решение чинить.
Чинили весь день. Это было непросто, т.к. кроме пустых ящиков из под водки и кое-какого мелкого снаряжения ничего не было.
К вечеру починили и попробовали запустить. Как ни странно но станция заработала. Но почему-то отключились телевизор и приставка. Крис рещил было решать проблему своими методами, но его отговорили. Сержант связался с крейсером и сообщил что задание выполнено. Выяснилось что нам осталось выдержать атаку учебных сервиторов, которых сбросят ночью с орбиты.
Готовимся к бою. Второй взвод обнаружил отсутствие двух третьих всех боеприпасов. Предложили им эти боеприпасы по сдельной цене. Они скрипели зубами но доказать ничего не могли.

День 30
Ночью появились сервиторы с лазганами и огнеметами. Хорошо повесилились. Истратили весь свой боезапас и половину боезапаса второго взвода. В итоге очков у нас было больше раза в три. С крейсера пришло сообщение, что теперь задание выполнена и на рассвете нас заберут. Все обрадовались, включая второй взвод. Милостиво поделились с ними бутылкой водки, огурцами и закуской. Второй сержант даже не стал возмущаться, когда Гарольд уверенными движениями доставал из его спального мешка остатки соленых огурцов и другую закуску. Наш сержант от огурцов отказался, сказав что видеть их не может, и Гарольд накормил его винегретом. Сержант был доволен.
Утром прилетел Громовой Ястреб и разбудил нас ревом двигателей. Мы быстренько погрузились под пристальными взглядами механикумов и пилотов, чтоб мы ничего не отвинтили от корабля.
По прибытие на крейсер нас поздравили с успешно выполненным заданием и отправили доучиваться еще месяц на базу.
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:38 | Сообщение # 50
Группа: Удаленные





ЧАСТЬ ВТОРАЯ

День 1.
Ура! Наконец-то тренировки окончены! Наш взвод превратился из скаутского в тактический. Мы стали полноправными Космодесантниками.
Прибыли на орбитальную Крепость. Тут же закатили вечеринку. Сержант тоже решил с нами выпить по такому случаю. Ему налили бокал коньяка "Примарх". После третьего бокала сержант встал, покачиваясь как при варп-шторме, и пьяно объявил нас лучшим взводом космодесанта. Нас это так растрогало что мы налили ему еще. После этого он упал под стол и уже никого не беспокоил.
День 2.
Все еще празднуем. К нам присоединились два соседних блока. С техниками и псайкерами.
Напоили их.
День 3.
Поняли что техников поиля зря. Недавно пришел крейсер класса Император на ремонт, так его пришвартовали вверх дном. Крейсеру-то по барабану, а ящики грузить не удобно - на потолок падают.
Выяснили что нажравшийся псайкер - это очень прикольно. Они начали мигать, как стробоскопы, и предсказывать будущее всем подряд. Сначала они предсказывали всякую чушь, но потом один предсказал Гарольду, что тот бросит пить. Гарольд не понял шутки и дал псайкеру в зубы. Правда сломались при этом и зубы, и нос, и челюсть.
День 4.
Прибыл наш крейсер. Попрощались со всеми, забрали все что было в отсеке и погрузились на корабль.
День 5.
Летим в варпе. За окном прикольные картинки. Генри обнаружил, что если на них долго смотреть, то начинаются нехилые глюки. Стали смотреть в окно всем взводом. Втыкает.
День 6.
Все еще обосновываемся. Завтра пойдем к оружейникам и заодно осмотрим крейсер.
Генри с Лукасом все еще смотрят в стекло.
День 7.
С утра пошли в оружейную. По пути отлепили Генри и Лукаса от стекла. Это было непросто. В оружейной нам выдали комплекты полной брони и оружие. Решили разобраться с этим хламом завтра а сегодня отметить получение. По пути в отсек Генри с Лукасом опять залипли у стекла. Начали бухать.
День 8.
Встали с трудом. И какой идиот принес вчера водку "Леман Русс". Все же знают что она всегда паленая. И бьет по мозгам не хуже чем одноименный танк. Пошли в технический отсек. Разбираем снаряжение. Выяснили что нам дополнительно выдали Хевиболтер и мельтаган. Хевиболтер хотел взять Крис, но мы ему сказали что они цельнометаллические. Он подумал и отдал его Гарольду. Мельтаган взял себе Лукас. Опять опоздавший Крис сверлил его злым взглядом, но сделать ничего не мог. Боевой доспех десантника оказался классной штукой. В него было напихано столько электроники, что мы, увидев глаза Криса и капающую из уголка рта слюну, испугались за его рассудок. К удивлению оружейников да и самого Гарольда, у него не получился Терминаторский доспех. Зато то что у него вышло назвать "боевым" доспехом было сложно. Увидев выпирающее из под грудной пластины пузо и просвечивающие между листами брони волосатые руки и ноги оружейники обещали поискать доспех побольше. Празднуем это дело.
День 9.
Оказывалось нам надо теперь постоянно носить эти доспехи. Типа привыкнуть. Нам дали задание обучится обращению с доспехами. Изучаем. Весь взвод очень парадовала возможность ссать и срать прямо в доспех. Теперь можно бухать не выходя в туалет. Также порадовала сверх-сила, высокая скорость передвижения и встроенный компьютер. Весь день страдали фигней - испытавали новые возможности. Сначала играли в игру "кто выше прыгнет". Выиграл Крис, который, подкрутив ограничитель силы, со всей дури въехал башкой в стальной потолок оружейной. После этого он полчаса ходил спиралью и потом еще час рехтовал шлем, который был больше похож на сковородку после того как по ней раз десять проехался ЛэндРейдер. Потом испытывали скорость. Бегали наперегонки с холостой ракетой. Так как ракеты были самонаводящиеся было вдвойне весело. Крис оклемался после удара и тоже захотел поучаствовать в забеге. Подкрутив ограничитель он смог развить скорость равную скорости ракеты. Прошло полчаса. Крис все еще бегает от ракеты. Весь взвод пошел пить пиво. Когда вернулись, Крис и ракета валялись на полу. Крис сказал что его доспех почему-то отключился. Позвали оружейников. Они сказали что никогда не видели, чтобы сдыхал ядерный реактор доспехов. Решили на сегодня закончить.
День 10.
Ночной пьянки к великому разочарованию не вышло. При попытке взять бутылку она лопалась. Чертовы доспехи с усилителем. Пока разобрались что к чему, побили три четверти нашего запаса. Стали думать где взять хрючелово. Крис придумал гениальную вещь. Он переделал отходо-перерабатывающую систему доспехов так, что она производила спирт и пастообразную закуску. Испытывали систему. Все круто, только "спирт" воспламеняется при контакте с воздухом а "закуска" отдает говнецом. Чуть не избили Криса. Он обещал все исправить если его не будут бить.
Пошли на молитву. Лукас и Генри постоянно хихикали и шушукались. Создавалось ощущение, что они накурились в дым. У каппелана тоже создалось такое ощущение, но виду он не подал. На самом деле он и сам это дело любил, и курил ладан перед проведением молитвы, когда думал что его никто не видит. После молитвы Генри с Лукасом убежали в неизвестном направлении, идиотски хихикая. Надо бы выяснить почему. Тренируемся.
День 12.
Будили с утра Криса. Получалось плохо по причине того, что он был просто в каку пьяный и даже не понимал кто он. Из его безсвязного бормотания выяснили что он починил систему спирто-гонки доспехов. Окрыленные этой радостной новостью пошли на стрельбище. Опять извели туеву хучу боеприпасов. Попали всего три раза. Нда. Надо меньше пить.
День 13.
Крис наконец проспался. Сделал всем нам спирто-гонную систему. Спирт оказался охренительно мощным даже для десантников. После того как выпили по сто грамм, системы жизнеобеспечения заявили о том что весь взвод скончался. От неизвестного отравляющего вещества, которое по словам системы составляло 93% всей жидкости в организме. Пока были способны говорить, спросили Криса как он это сделал? Он гордо ответил что немного похимичил с ядерным реактором доспехов. Бухаем. Генри и Лукас опять куда-то свалили. Ну и хрен с ними.
День 14.
С утра не смогли даже встать с коек. Было такое ощущение что мы попали в варп-шторм. На тренировки забили.
День 16.
Отошли от памятной пьянки. Решили больше не пить. По крайней мере ТАК много. Пошли на тренировку. Еле-еле прошли первый этап на "легком". Нас отправили в мед-отсек на проверку. Апотекарии долго ругались и не понимали зачем им присласли столько трупов.
День 17.
Наконец-то нас отпустили из мед-отсека. Приводим себя в порядок. Тренируемся.
День 18.
Выяснили куда все время бегают Генри с Лукасом. Оказалось что они выращивают в главном шлюзе крейсера коноплю. От воздействия варпа ее эффект усилился раз в двадцать. Генри и Лукас не захотели делится куревом. Было принято решение их избить. Они испугались и решили таки поделится. Курим коноплю всем взводом. Втыкает. Используем мельтаган как прикуриватель. Проплавили пять дырок в корпусе. Спустя час у всех в голове появился Голос, шепчущий что-то о Хаосе. Слушаем. Довольно весело. Усиленная конопля дает о себе знать. Ржем над Голосом всем взводом. Голос стал запинаться, а потом смущенно замолк. Просили его рассказать что-нибудь еще. Молчит. Наверное обиделся.
День 19.
Курим. Пьем. Курим. Пьем. Курим.....
День 20.
Зайдя с утреца в уже родной шлюз подверглись нападению конопли. Она стала красного цвета и отростила зубы. Расстреляли ее из болтеров. Обидно. Курить теперь нечего, так что пьем с горя.
День 21.
Пришли механикумы с сержантом и сказали что нас будут учить обращению с техникой Космодесанта. По лицам механикумов было видно что они уже смирились с потерей всей техники на корабле. Как и с потерей самого корабля впрочем.
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:38 | Сообщение # 51
Группа: Удаленные





Три планеты Империума захватываются орками. Защищать первую посылается Имперская Стража, вторую - Ультрамарины, третью - Космические Волки.
Через какое-то время Император интересуется, как дела на планетах.
- О Всесветлый Император, орки набили морду Имперской Страже, а потом ушли с планеты.
- Почему?
- Сказали, им скучно стало.
- Так, хорошо. Что на второй?
- Ультрамарины набили морду оркам. Теперь туда перешли орки с первой планеты, и еще отовсюду бегут. Говорят, там хорошая драка.
- Послать Ультрамаринам подкрепление и пусть воюют. Что на третьей?
- О Всесветлый Император, запрети Логану Гримнару давать воинам столько пива!
- Да причем здесь пиво?!!! Что на планете?!
- Орки подрались с Космическими Волками. Потом вместе выпили пива и начали хвастаться подвигами и мериться клыками. А потом... потом... объявили друг друга союзниками и пошли бить морду Хаосу
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:38 | Сообщение # 52
Группа: Удаленные





Трое командиров, а именно Кровавых Ангелов, Империал Гард и Сёстр Битв, находясь в ангаре космического корабля спорят о том, чьи войска самые храбрые. Командирша Сёстр Битв подзывает одну из своих подчинённых и приказывает ей выпрыгнуть наружу. Та, нисколько не смутившись тут же выполняет приказ. Следом командир Кровавых Ангелов подзывает одного из своих морпехов и приказывает ему сделать тоже. С победоносным рёвом Кровавый Ангел чуть ли не сносит дверь напрочь и также выпрыгивает. Теперь уж и командир Империал Гард подзывает одного из своих солдат и отдаёт тому приказ выпрыгнуть наружу. Тот, вытянувшись по струнке рапортует: "Сэр, нет, сэр!" Командир Империал Гард поварачивается к своим оппонентам и говорит: "Вот это НАСТОЯЩАЯ храбрость."
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:39 | Сообщение # 53
Группа: Удаленные





задача стандартная - вкрутить лампочку...

"...Ультрамарины.
-Три штуки... Один вкручивает, второй прикрывает, третий листает кодекс Астартес и читает вслух, что там написано по этому поводу.

Несущие Слово.
-Этих сквод... Один вкручивает, Темный Апостол читает литанию и размахивает кадилом, остальные - дружно на колени и молятся за удачный исход предприятия Хаосу Неделимому!

Космические Волки.
-Тоже сквод. Точнее стаю. А также ящик лампочек и бочонок эля. Сержант вкручивает, остальные над ним ржут, рассказывают, что они сделали бы лучше, потом пьют за это, устраивают мордобой, разбивают лампочку... и по новой. Пока не кончатся лампочки или эль...

Орки.
-Этих надо много... первый десяток лампочек они потеряют, разобьют, кого-то уипет током насмерть... потом прийдет мекбой и вкрутит "да МегаЛампочГу!" Она, как пилотный проект, шарахнет, посечет осколками Орков и будет работа Болебойзам. А Мек вкрутит еще одну "да МегаЛампочГу!"

Берсерки Кхорна.
-Этих и пяти хватит. Один залазит на стол и держит лампочку. Тока крепко держит! Остальные хватаются за края стола и начинают бегать с воплями по кругу. Скоростной метод вкручивания товарища вместе с лампочкой в потолок.

Альфа-Легион.
- этим свет не нужен. Они лампочки наоборот выкручивают по подьездам да лифтам, диверсанты хреновы!..."
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:39 | Сообщение # 54
Группа: Удаленные







Ярость Кхарна.

- Кровь Кровавому богу! - проревел Кхарн Предатель, прорываясь сквозь град болтерного огня к Храму Высших Наслаждений. Болты рикошетили от его доспеха, не нанося никакого урона. Десантник Хаоса улыбнулся. Керамит древней брони защищал его уже десять тысяч лет. Он был уверен, что броня не подведет и сегодня. Воины вокруг него падали, держась за свои раны и крича от боли и страха.

Возложив новые души на алтарь Повелителя Резни, Кхарн маниакально усмехнулся. Сегодня Кровавый бог будет доволен.

Кхарн заметил, как впереди один из берсеркеров, чей доспех наполовину был расплавлен плазмой, упал, изрешеченный болтерным огнем. Берсеркер выл с гневом и разочарованием, зная, что сегодня принес Кхорну меньше жертв, чем обычно. Из последних сил умирающий воин подобрал свой цепной меч и одним быстрым ударом отрубил себе голову. Его кровь била фонтаном, утоляя жажду Кхорна.

Пройдя мимо, Кхарн пнул голову мертвого воина, закинув ее на парапет защитников. По крайней мере, мертвый соратник Кхарна подарил поклонникам резни пару восхитительных моментов перед смертью. В подобных обстоятельствах это была наименьшая награда, которой Кхарн мог одарить воина. Предатель начал взбегать по горе трупов, стреляя из плазменного пистолета. Один из культистов упал, держась за расплавленное лицо. Дитя Крови, демонический топор Кхарна, выл в его руках. Он размахивал им над головой, крича проклятия в болезненно-желтое небо демонического мира.

- Черепа для Его Трона! - кричал Кхарн. Со всех сторон берсеркеры подхватили его крик. Все больше снарядов пролетало мимо, но он игнорировал их как назойливых насекомых. Все больше воинов умирало вокруг него, но Кхарн стоял невредимый, благословленный Кровавым богом, зная, что его время еще не пришло.

Пока все шло по плану. Поток воинов Кхорна приближался по изъеденной взрывами земле к редутам культистов. Огонь артиллерии Титана Хаоса превратил большинство стен вокруг древнего храма в горы щебня, а отвратительные фрески, окрашенные во всевозможные цвета, были расщеплены на атомы. Непристойные минареты, окольцовывающие башни, были разрушены. Отвратительные статуи лежали словно огромные безрукие трупы, глядящие в небо мраморными глазами.

Пока Кхарн наблюдал за боем, несколько ракет превратили другую секцию защитной стены в окровавленные обломки, подняв огромные облака пыли. Земля затряслась. Взрывы грохотали подобно грому. Кхарн почувствовал жуткую радость от перспектив грядущего насилия.

Это было то, ради чего он жил. В такие моменты он мог доказать свое превосходство над остальными воинами. За десять тысяч лет своего существования Кхарн не испытывал большей радости, чем радость битвы, не испытывал большей жажды, чем жажда крови. Здесь, на поле боя, он был не просто частью сражения, он был здесь по зову сердца. Ради этого он отверг присягу Императору Человечества, это было его судьбой как космического десантника, подобно всем его собратьям из Легиона Пожирателей Миров. Он никогда не сожалел о том решении. Радость боя была достаточной наградой, чтобы оставить все сомнения.

Он перепрыгнул через яму, чье дно украшали отравленные шипы, и начал карабкаться по скале. Перелетев через небольшое ограждение, он приземлился ботинком прямо на лицо одного из защитников. Человек упал, и крича пополз назад пытаясь остановить кровь из сломанного носа. Кхарн взмахнул своим топором и прекратил его страдания.

- Умри! - орал Кхарн, прорубаясь сквозь толпу культистов. Дитя Крови был в бешенстве. Его зубья вгрызались в керамит, рассыпая искры во все стороны. Топор прошел сквозь доспех защитника, вскрыв тому живот. Противник начал отступать, путаясь в своих внутренностях. Кхарн прикончил его и повернулся к еще живым. Он махал топором направо и налево, убивая с каждым ударом.

В отчаянии лидер культистов начал выкрикивать приказы, но было поздно - Кхарн был уже среди них. Ни один человек не мог похвастаться тем, что столкнулся с Кхарном в ближнем бою и выжил.

Перед глазами мелькали цифры - 2,243, 2,244. Числа на древнем электронном счетчике убийств быстро увеличивались. Кхарн гордился этим устройством, подаренным ему самим Хорусом. Он усмехался. Число жертв в этой кампании быстро росло. Конечно, ему было еще далеко до его собственного рекорда, но это не значит, что он не собирался хотя бы попытаться побить его.

Люди кричали, умирая. Кхарн ревел, убивая всех, до кого мог дотянуться, упиваясь хрустом костей и брызгами крови. Остальные воины Кхорна пользовались ужасом, посеянным Предателем. Они взбегали на стены, расчленяя культистов. Деморализованные смертью лидера, поклонники Властелина Наслаждений не могли сражаться. Они были испуганы, они паниковали и пытались сбежать.

Эти жалкие дураки были достойны только смерти, Кхарн решил убивать всех, кто пробегал слишком близко от него. 2,246, 2,247, 2,248. Нужно сконцентрироваться на задании. Необходимо найти вещь, которую он пришел уничтожить - демонический артефакт, Сердце Желаний.

- В атаку! - прорычал Кхарн и устремился внутрь огромной каменной головы, которая служила входом в храм.

Внутри было тихо, грохот боя будто не мог проникнуть через стены. В воздухе витал странный запах, а стены были пористые и толстые на вид. Мерцал розоватый свет. Кхарн переключил системы датчика в своем шлеме, на случай, если это была какая-то иллюзия.

Из полуразрушенных дверных проемов появились одетые в кожаные накидки жрицы с масками на лицах. Они начали хлестать Кхарна кнутами, которые доставляли море боли и удовольствия. Другой человек на его месте был бы поражен такими чувствами, но Кхарн провел на службе своего повелителя тысячелетия, и то, что он сейчас испытывал, было лишь бледным подобием его жажды крови. Он разрубил змееподобную плоть кнута. Из обрубка потекла струя крови и яда, а женщина завопила, будто он разрубил на части ее. Кхарн заметил, что кнут был продолжением ее руки. Демонесса извернулась и вонзила клыки в рукоять топора. Кхарн потерял к ней интерес и убил жрицу одним быстрым ударом.

Задыхающийся крик гнева и ненависти предупредил Кхарна о новой угрозе. Он обернулся и увидел, как один из берсеркеров все-таки поддался злу кнута. Он снял свой шлем, его лицо было искажено мечтательной улыбкой, которая просто не могла появиться на лице избранного Кхорном. Словно во сне он накинулся на Кхарна, махая цепным мечом. Кхарн лишь рассмеялся, отразил удар и разрубил берсеркера.

Быстрого взгляда была достаточно, чтобы понять, что все жрицы, как и большинство его соратников, мертвы.

"Отлично", - подумал Кхарн одновременно с мелькнувшим в нем разочарованием. Он надеялся, что больше берсеркеров поддадутся искушению. Кхарн хотел опробовать свои силы в бою с настоящими воинами, а не этими поклонниками жалкого божества. Дитя Крови завывал и вертелся в его руке, словно грозя обернуться против хозяина, если тот не напоит его. Кхарн понимал, что чувствует топор. Он повернулся к выжившим, махнул им рукой и побежал в коридор.

- За мной! - кричал он. - Резня!

Пройдя сквозь гигантскую арку, десантники попали во внутреннее святилище храма. Очевидно, что они нашли то, за чем пришли. Свет лился через грязный стеклянный потолок. Понаблюдав немного, Кхарн понял, что он не проходит через стекло, но словно исходит из него. Рисунки на стенах жутко мерцали и перемещались. Они изображали, как толпы мужчин, женщин и демонов занимались всем, что только могли вообразить извращенные последователи развратного бога. Предатель отметил, что вообразить они могли многое.

Кхарн поднял пистолет и начал стрелять, но стекло поглощало энергию оружия. В этот момент что-то, похожее на насмешку привлекло внимание Кхарна к дальнему концу зала, где возвышался трон. Он был вырезан из камня, пульсирующего и меняющего цвет от янтарного до лилового, от лилового до розового. На этот водоворот красок было больно смотреть. Кхарн мгновенно понял, что это и есть Сердце Желаний. Чувства, отточенные за тысячи лет, не подвели его. Внутри находилась заключенная в ловушку сущность Демонпринца. Человек, сидящий на троне, был лишь марионеткой и едва заслуживал внимания Кхарна.

Человек смотрел на Кхарна свысока, будто бы он испытывал те же чувства, что и самый верный воин Кхорна. Левой рукой он гладил волосы обнаженной женщины, лежащей в его ногах будто домашнее животное. В его правой руке был зажат пылающий ярким светом рунный меч.

Кхарн зашагал вперед, бросая вызов новому противнику. Грохот заключенных в керамит ног по мрамору сообщил ему, что берсеркеры шли за ним. Через сотню шагов Кхарн оказался у основания трона, и какая-то сила заставила его остановиться и осмотреться. Предателя не волновало, что он был лицом к лицу с лидером культистов. У человека был взгляд бессмертного старца. Лицо его было очень бледным и изможденным; синяки под глазами частично скрывала косметика, большую часть головы закрывал шлем. Человек поднялся с трона, за его спиной развивался розовый плащ. Кожаные ремни опоясывали его обнаженную грудь, открывая взору загадочные татуировки.

- Добро пожаловать в Сердце Желаний, - его голос, мягкий и вкрадчивый, тем не менее, разносился по всему залу, приковывая внимание. Кхарн напрягся, почувствовав в нем колдовство. Он пытался сдержать ярость, разгорающуюся в его груди. - Чего пожелаешь?

- Твоей смерти! - заорал Предатель, чувствуя, что его жажда крови слегка поутихла под действием голоса.

Лидер культа вздохнул.

- Вы, последователи Кхорна, всегда ужасно предсказуемы. Эти ваши лишенные воображения реплики. Я предполагаю, что это из-за вашего маниакального божества. Однако не думаю, что было бы правильно винить вас в слабоумии вашего бога, не так ли?

- Когда Кхорн сожрет твою душу, ты заплатишь за свои слова! - снова проорал Кхарн. Берсеркеры начали высказывать одобрение, но с меньшим энтузиазмом, чем ожидал Кхарн. По какой-то причине человек у трона не был обеспокоен присутствием большого числа вооруженных воинов в своем храме.

- Сомневаюсь насчет этого. Понимаешь, моя душа обещана трижды благословленному, и если Кхорн не засунет свои когти себе в глотку или куда-нибудь еще, то для него наступят тяжелые времена.

- Достаточно!- выкрикнул Кхарн. - Умри!

- Ох! Будьте благоразумны, - произнес культист, поднимая руку. Кхарн почувствовал поток удовольствия, как от кнута, но в тысячи раз сильнее. Послышались хрипы и стоны его людей.

- Подумай! Ты можешь провести вечность, полную удовольствий, подчинившись нашему Повелителю, и отдав свою душу в его объятия. Все, что ты хотел, все, что ты желал, может стать твоим. Все, что требуется от тебя - принести клятву верности. Верь мне, это не доставит неудобств.

Пока человек говорил, Кхарну являлись видения. Он видел свою юность, видел то, что он имел до Восстания и Битвы за Терру. Все это было настолько осязаемым, что он чуть не прослезился. Он видел бесконечные банкеты, вино, лившееся рекой. На мгновение он ощутил на языке множество замечательных вкусов, а его мозг покалывало от удовольствия и возбуждения. Перед глазами замелькали изображения полуодетых девиц.

На мгновение Кхарн почувствовал непреодолимое желание предать Кровавого бога. Это было действительно сильное колдовство! Он затряс головой и впился зубами в губы, прокусив их.

- Ни один настоящий воин Кхорна не поведется на такие жалкие уловки! - проревел он.

- Восславься! - закричал один из берсеркеров.

- Слава Властелину Наслаждений! - прозвучал возглас другого.

- Позволь нам обожать его, - сказал третий и упал на колени.

Кхарн с недоверием уставился на своих воинов. Казалось, они не обладали железной верой в силу Кхорна, раз готовы были предать его ради пары жалких обещаний. В каждом лице, в каждой позе он видел готовность идти за человеком на троне. Он понял, что в такой ситуации можно сделать лишь одно.

Лидер культа почувствовал то же самое.

- Убить его! - прокричал он. - Предложите его душу Повелителю и вас ждет награда!

Один из товарищей Кхарна поднял болт-пистолет и спустил курок. Кхарн бросился в сторону, и снаряд прошел мимо. Кхарн вознаградил предателя ударом топора. Дитя Крови визжал, разрубая древний керамит на две части. Воин издал приглушенный всхлип и умер.

В этот момент на Кхарна бросились остальные берсеркеры, и он начал борьбу за свою вечную жизнь. Это были не обычные культисты. Новообращенные последователи Кхорна были полны жаждой крови. Удары обрушивались на Кхарна со всех сторон.

Огромный цепной меч чуть не пробил его рунную броню, болты отрывали куски доспеха. Кхарн дрался как одержимый, радуясь каждый раз, когда Дитя Крови забирал еще одну жизнь. Они были достойными противниками. Числа на счетчике убийств стремительно сменяли друг друга. 2,460, 2,461...

Кхарн увернулся от удара, оторвавшего один из черепов, свисающих с пояса. Предатель решил, что восполнит потерю черепом нападавшего. Он начал вращать Дитя Крови "восьмеркой", расчищая место перед собой и послав души еще двух берсеркеров извиняться перед Богом Резни. Безумная жажда крови заполонила мозг Кхарна, вытеснив даже усыпляющее внимание Сердца Желаний. Он превратился в машину разрушения, никто не мог противостоять ему.

Сердце едва не выскакивало из груди. Желание убивать было неконотролируемым, слух ласкал хруст костей и крики боли. Его пистолет забирал не меньше жизней, чем топор. Кхарн игнорировал боль, игнорировал любую угрозу его жизни, он жил ради боя. Он убивал, убивал, убивал…

Скоро все кончилось. Кхарн стоял среди кучи трупов. Через дюжины пробоин в броне сочилась кровь. Он понял, что последний удар, возможно, сломал ему ребро, но ему было все равно. Его переполнял триумф. 2,485. Кхарн почувствовал присутствие еще одной цели, и повернулся к фигуре на возвышении.

Лидер культа смотрел на него с отвращением и недоверием. Голая девчонка куда-то убежала.

- Верно говорят, - вздохнул человек. - Хочешь что-то сделать - делай это сам.

Мягкий голос притупил ярость Кхарна, он почувствовал себя уставшим. Культист сошел вниз, но Кхарн был слишком утомлен, чтобы парировать его удар. Рунный меч пробил его броню, по венам, подобно яду, растекалось удовольствие и боль. Призвав остатки ярости, он бросился в атаку. Он должен был показать этому слабаку, кто здесь истинный воин.

Кхарн нанес удар. Дитя Крови полоснул по татуировкам на запястье человека. В стороны разлетелись куски плоти. Послышался хруст костей, и кисть, отделенная от запястья, отлетела в сторону, еще шевелясь. Кхарн наступил на нее, и лицо культиста исказилось от боли.

Кхарн покачнулся. Голова культиста отделилась от плеч. Безголовое тело, все еще управляемое владельцем, подняло меч. Клинок коснулся Кхарна, и волна чувств прошла по его телу.

- Хороший трюк! - проорал Кхарн, чувствуя, как отрезанная рука извивается возле его ботинка. - Но я видел его раньше.

Он занес свой цепной топор над головой культиста и разрубил ее на части. Тело рухнуло на пол бесформенной кучей. 2,486. Кхарн почувствовал удовлетворение.

Предатель подошел к пульсирующему перед ним трону. Он увидел лицо прекрасной женщины. Невыразимо прекрасной и невыразимо злой. У нее были золотые волосы и синие глаза. Губы ее были красными, а маленькие клыки не портили ее совершенства. Она посмотрела на Кхарна, и он понял, что это и есть демон, пойманный в ловушку Сердцем Желаний.

- Здравствуй, Кхарн, - зазвучал голос в его голове. - Я знала, что ты одержишь победу. Я знала, что ты будешь моим хозяином.

Голос был волнующим. По сравнению с ним голос лидера культа был лишь жалким эхом. Но голос так же пытался ввести в заблуждение. Кхарн понял, что владеть демоном не может никто, даже падший космический десантник вроде него. Он знал, что его душа в опасности, что он должен сделать еще кое-что. Но снова и снова он отвлекался на голос демона.

- Сядь! Стань новым правителем этого мира. Сотри всех нарушителей с лица этой планеты.

Кхарн боролся с голосом, перед глазами пульсировал трон, ноздри заполнил сладкий запах. Он знал, что стоит ему сесть на трон, и он окажется в западне, так же как и демон. Он станет рабом и превратится лишь в слабую тень того Кхарна, которым был. Но тело не слушалось, его ноги медленно, но верно приближались к трону.

И опять разум Кхарна заполнили видения. Демон обещал ему все, что он только сможет вообразить. Он знал, что легко можно одержать победу. Достаточно было выйти наружу и объявить, что он разрушил Сердце Желаний. Он был Кхарном. Ему верили. После этого легко можно было соблазнить поклонников Кхорна удовольствиями и склонить их к рабству.

И разве они этого не заслужили? Они звали его Предатель, хотя все, что он сделал - вырезал тех бесхребетных слабаков, чтобы стать ближе к своему богу. Голос демона утих, видения исчезли, будто создание в троне поняло свою ошибку, но было слишком поздно.

Кхарн был предан Кхорну, и в его сердце было место лишь для одной вещи. Он предал и убил своих товарищей из Легиона Пожирателей Миров, потому что они не были верны идеалам Кровавого бога и надеялись сбежать с поля боя, когда оставалось еще столько противников.

Воспоминания придали ему сил. Он огляделся. Ноздри заполонил запах крови и расчлененных тел.

Он помнил радость боя. В комнате, полной трупов, с залитым кровью полом, он был один. Он осознал, что по сравнению с настоящим боем, удовольствия, которые сулил демон, были лишь бледной тенью. Кхарн размахнулся и со всей силой обрушил Дитя Крови на трон. Топор выл, пожирая грязную и древнюю душу демона. Предатель не чувствовал сожалений.

2,487. "Жизнь стала чуть лучше", - подумал Кхарн.
 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:39 | Сообщение # 55
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:39 | Сообщение # 56
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:39 | Сообщение # 57
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:40 | Сообщение # 58
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:40 | Сообщение # 59
Группа: Удаленные





 
HeysДата: Суббота, 15.01.2011, 19:41 | Сообщение # 60
Группа: Удаленные





 
Форум » Большие миры Империи Лебедя » Крейсер "Иллюзион" » Доблестный имперский космофлот (Всяко-разно по теме =))
Страница 3 из 15«123451415»
Поиск: