Приветствую Вас Гость
Суббота
23.09.2017
21:10

Космопорт "Nefelana"

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 212»
Форум » Большие миры Империи Лебедя » Архивы Микерина » Duchesse. (История одной собаки.)
Duchesse.
IsДата: Пятница, 13.05.2011, 23:29 | Сообщение # 1
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
 
IsДата: Пятница, 13.05.2011, 23:33 | Сообщение # 2
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
- Выбирайте…
На правах хозяйки принимавшая гостя лаборантка, улыбаясь, придержала за ошейник суку, не слишком довольную присутствием постороннего в своем вольере.
Восемь щенков копошились в корзине, толкаясь холеными атласными спинками , окрасом от темно- стального до серо-голубого, укладывая поудобнее свои округлившиеся после еды животики, и, уже сонно, попискивая и посапывая…

Если бы кто-то с 21 астромарины сейчас видел его восторженное, мальчишеское выражение лица, удивление было бы весьма сильным, с этой стороны экипаж его совсем не знал. Абсолютно счастливый человек склонился над щенячьей колыбелью, переводя растерянный взгляд с одной складчатой слюнявой мордашки на другую, тщетно пытался угадать, кто из них станет его корабельным псом.

Наконец, решившись, он просто закрыл глаза и наугад протянул руку.
Первый попавшийся щен почему-то не оценил по достоинству своего выбора, взвизгнув так возмущенно, что немедленно зарычавшая мать заставила от него отказаться, даже не позволив разглядеть хорошенько. Благо, оставалось еще семеро…

Виновато усмехнувшись, он повторил маневр, и, осторожно задержав в ладонях доверчиво прильнувший теплый комочек, все же отважился внимательно посмотреть на следующего кандидата. Яркий сапфировый глазик сверкнул в ответ, и тотчас зажмурился.
- Вот этого.
- Но вы же хотели кобелька?
Черт… Гладкое, сытое бело-розовое пузико не оставляло никаких надежд.
- Она самая слабенькая из помета…

После этих слов, он почему-то не смог выпустить ее из рук и положить обратно.
Расстегнув куртку, и засунув за пазуху долгожданное свое приобретение, он теперь больше всего боялся, что ее могут ему не отдать. Командор расписался в какой-то ведомости и, отказавшись от инструктажа, быстро пошел на выход, уже через плечо, вежливо, насколько получилось, успокоив лаборантку, что раньше у него были собаки, и вообще, сейчас намечены целых две недели отпуска…

Сообщение отредактировал Is - Понедельник, 16.05.2011, 10:18
 
IsДата: Воскресенье, 15.05.2011, 20:27 | Сообщение # 3
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Дня три двери его каюты почти и не закрывались. У каждого вдруг нашлось неотложное дело, которое мог решить только Командор, причем в свое личное время.
Хотя никто особо не скрывал, что основной целью было хоть краем глаза, в числе первых, глянуть на живой талисман корабля.

Разрешение завести собаку было общим призом за отличные стрельбы на недавних, еще относительно мирных маневрах, и отказать в желании посмотреть на коллективно вымечтанного пса было немыслимо. Но и представлять сразу сотне человек на построении нового члена экипажа, лапы которого еще довольно неуклюже норовили разъехаться на полу, а хвостик опасливо поджимался при каждом непривычном звуке, было бы слишком жестоким испытанием для маленького существа…

Удивительно, что не особенно замеченные в суевериях, звездолетчики сразу отвергли идею видеотрансляции щенячьей жизни онлайн, чтобы « не сглазить», а Командор, с каждым днем все больше напоминал даже не папашу, а встревоженную любой мелочью неопытную мамашу. И только когда, после стадии всеобщего умиления, подняли вопрос о кличке, стало ясно, что это гораздо сложнее, чем казалось сразу.
Как назвать собаку навырост. Чтобы потом было не стыдно перед другими, и чтобы запись в корабельном журнале, если вдруг будет повод, смотрелась красиво.

Никакой мозговой штурм не помогал, и она росла безымянной. Все знали, кто это- "Она", другой особи женского рода на железе просто не было, но назвать никак не получалось.
Когда ее брали на руки, и шептали всякую ласковую чепуху, на которую оказываются способны и суровые мужчины, подолгу лишенные домашнего тепла, все было хорошо, но медная бляшка на ошейничке так и оставалась без гравировки.

Между тем, не было теперь ничего, более объединявшего коллектив, чем ежедневное трепетное участие в ее жизни.

- Мы ее перекармливаем, посмотри, это же не щенок дога, не догиня! Это груша какая-то! – в очередной раз заспорили Доктор с Коком.
- Какая груша? Почему?... Постой. – неожиданно Кок расплылся в блаженной улыбке. - Дюшес !
- Duchesse ?...

Имя утвердили на общем собрании единогласно, оно устроило и тех, кто был неравнодушен к аристократическому блеску, и тех, кому понравились фруктовые ассоциации, и тех, кто, не заморачиваясь, в традициях родного языка тут же стали звать ее Дашей…

DUCHESSE.21 astromarine «Stella maris».

Синь- звезда морей...

Сообщение отредактировал Is - Понедельник, 16.05.2011, 10:21
 
IsДата: Вторник, 17.05.2011, 17:11 | Сообщение # 4
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Собачье детство коротко. Ее мир расширялся с каждым прожитым днем. Сначала – за порог командорской каюты, после, по казавшемуся бесконечным, мрачноватому коридору до крутых трапов, вверх и вниз. Здесь поначалу требовалось кого- нибудь поймать, чтобы с его помощью преодолеть препятствие, но постепенно лапы становились все сильнее и длинее, и, наконец, настал миг, когда Даша наловчилась лазать по лестницам и появляться во всех местах, куда вообще могло завести собаку любопытство.

Несколько палуб давали достаточный простор для исследований, тем более, что утомленные монотонностью вахт, люди ее визитам были рады. В разной, правда, степени, да и нельзя требовать ото всех одинаковой любви, но она как –то умудрялась не вызывать ревности, одаривая своими непосредственным щенячьими нежностями каждого, кто с ней согласен был поговорить, погладить, потрепать по холке…

И очень рано в ней появилось то чувство такта и сопереживания, которое в трудную минуту человек ценит в собаке более всего. С ней можно было молчать, она не требовала внимания к себе, просто усаживалась рядом, почти сливаясь с фоном серо-стальной стены, но довольно быстро ощущение надежного тепла, исходившего непонятно откуда, утишало и смягчало навалившуюся тоску, растворяло обиды, без единого слова на каком бы то ни было языке, к страдальцу вдруг возвращалась уверенность, что все в его несчастьях поправимо…

Корабельная жизнь шла своим чередом. Офицеры уходили в отпуска, или на учебу, и возвращались, более всего удивляясь тому, как важно оказывалось для каждого в отдельности услышать, что «Дашка по тебе скучала…» . Потом в ее размеренном существовании начались потери, нечасто , но были ситуации, когда с 21 астромариной прощались насовсем, и не всегда списание на Берег был желанным.

К году она окончательно определилась с Хозяином. Для животных мало значения имеют должности и звания, и не было никакой гарантии, что выросшая среди забот и любви совсем разных по характерам людей, она, в свою очередь, выбрала бы того, кто ее однажды сюда принес. Но здесь Командору повезло еще раз. И поэтому, когда настало время его отпуска , стало ясно, что Дашку надо брать с собой.
Так из «корабельного пса» Дюшес стала «собакой Командора». Что дало повод для понятных только в узком кругу шуток и подначек, на корабельной Лилии было еще двое командорских « собак» – киберсистема и ее старший оператор…

Поскольку в ведомственный санаторий КВ с "четвероногим другом" его пускать никто не собирался, Командор, в кои–то веки, полетел к себе домой. Может быть, это и было основным подарком, который он получил от судьбы благодаря Дюшес. Он успел там побывать, до того, как его маленький мирок был уничтожен навсегда. Вместе с его домом и многими другими домами, и жителями, так и не успевшими понять, что с ними всеми произошло.
До страшной всеразрушающей войны оставалось совсем немного, но он об этом не знал.

После он, пересматривая в тысячный раз видеозаписи, сделанные в этом последнем отпуске, все пытался уловить хоть какие -то предвестники беды, которых не заметил, но все так же, в кадре, лениво плескались синие волны, набегая на вылизанный прибоем пляж, белый от солнца песок слепил глаза, и даже сейчас, в полутьме каюты, казалось, что набежавшие слезы – вот от этого океанского ветра и режущего, непривычного уже света родных небес.

Прикрепления: 3391495.jpg(22Kb)


Сообщение отредактировал Is - Вторник, 17.05.2011, 18:48
 
IsДата: Воскресенье, 22.05.2011, 15:18 | Сообщение # 5
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Свой первый бой Дюшес просидела в защитной капсуле, под палубой центрального поста, куда ее определили непочтительным пинком, захлопнув люк. Она не успела обидеться, она уже слыхала колокола боевой тревоги , и то , что это не очередные учения, было ей понятно лучше, чем людям, на то и собачье чутье…

Накануне Командор долго пробыл на станции дальней космической связи, слушал поля сам, отобрав наушники у дежурного гравиакустика. И мрачнел все больше. Потом слушали вместе и по очереди. Потом велел разбудить отдыхавшую после вахты предыдущую смену…

Дюшес заползла под стол, всеми силами стараясь лежать тихо и не мешать, иначе запросто можно было оказаться в коридоре и после напрасно скрестись в толстую бронированную дверь.

Она только настороженно поводила ушами, пытаясь уяснить для себя – сколько беды в этом беспокойном ожидании исходит от натянутых нервов людей, а сколько – от чего –то грозного и страшного, притаившегося и поджидавшего их астромарину среди хаотического нагромождения слоев. На мониторе они были больше похожи на торосы и айсберги, с редкими чернеющими окошками «полыньи», сквозь которые штурманская группа привычно протаскивала рейдер, слегка подрабатывавший нанизывателем там, где прокол пространства не забирал слишком много энергии для поддержания защитного экрана.

Ничего особенного в этой зоне нестабильной гравитации не было, и карты ее были составлены достаточно подробно, и оставалось лишь, через несколько часов местного внутрикорабельного времени, выскочить на оперативный простор в координатном пространстве Шелиака, а там уже и до базы рукой подать… Но…

Этот вой зародился где –то в глубине ее существа, и сдержать его она не смогла, да и не пожелала… Что-то, совсем первобытное, не умещавшееся в теле обычного животного, отчаянно пыталось развернуть стянутые рубцами складки поля, и с этим воем выскользнуть из плотной оболочки. Это нечто, непостижимое собачьим разумом, билось в ее груди, как будто узнав незримого врага, но не было в этом вое ни капли страха.
Наоборот, пусть минутный, но страх заскользил по лицам людей, ни разу не видевших ее такой. Даже в кабацкой драке между двумя загулявшими на отдыхе экипажами, куда она однажды вписалась без всякой команды «фас», так сказать, по зову сердца, она смотрелась вполне приличной псиной, повиновавшейся скорее всеобщему куражу, чем ярости…

- Тихо, Дашка. Спасибо… - Командор погладил ее по вздыбленной на загривке шерсти. - Ну , вот и война, мессиры.


Сообщение отредактировал Is - Четверг, 26.05.2011, 18:10
 
IsДата: Воскресенье, 22.05.2011, 21:17 | Сообщение # 6
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
С изрядно побитым оперением, нуждающаяся в серьезном ремонте, но все же уцелевшая, в основном благодаря тому, что не влетела на всем ходу в ловушку, Stella maris вяло покачивалась у пирса, ожидая буксировки в заводской док.

Дюшес терпеливо ждала, когда Хозяин закончит свою непонятную бумажно - элекронную писанину, над которой он со Старпомом уже несколько часов не поднимали головы, переговариваясь по делу только взглядами, а вслух позволяя себе лишь некоторые непечатные междометия, когда уже не хватало ни слов , ни мыслей, чтобы формулировать четкие ответы на бесконечные уточняющие запросы командования.

Наконец, последняя почта была зашифрована и отправлена, простынки распечаток данных легли в сейф, и в каюте повисла усталая тишина, как на свежеубранном поле, после битвы за урожай.

- Командор...- Старпом замялся, не зная, как лучше спросить о том, что волновало уже третьи сутки не только его.
Дашка радостно повиливала хвостом, немедленно засунув свою морду под хозяйский локоть, прижимаясь всем боком и норовя лизнуть горячим розовым языком расслабленного и ненадолго потерявшего бдительность Хозяина... В щеку или хотя бы ухо – уж как получится…
- …Ты совсем ее не боишься?.. Ты хоть знаешь, какой там зверь сидит?
- Нет. – он ответил на оба вопроса сразу.

Насчет бояться – ему это и в голову не приходило. Ни разу. Второй год он засыпал под ее сопение, и просыпался от пристального, можно сказать, даже нежного взгляда, а то и настойчивого поскуливания, за несколько мгновений до будильника. Удивительно, ему никогда не хотелось ответить ей грубостью, простительной для человека, уже давно ощущающего хронический недосып. Наоборот, с некоторых пор он уже и представить не мог другого распорядка.

Что касается того, какую полевую зверюшку подарили ему в секторе ИНО, это было совсем неважно, важно было то, что она могла менять белковое тело на скафандр, и не боялась перегрузок, и спокойно и без проблем росла и жила на железе, единственная из всего экипажа, кого не изнуряли автономки, а любой закоулок корабля был родным домом не в переносном , а в прямом смысле. Другого дома у нее никогда не было.
Что касается разумности – здесь он был полностью согласен с вердиктом сектора Иножизни, дрессировке Дюшес, как почти все экзотические полевые формы, почти не поддавалась, живя своими инстинктами.

«Соприкосновение с человеческим разумом – достаточное.» Это заключение по тестам гарантировало от эксцессов немотивированной агрессии. Ну, а если человеку удавалось добиться от животного агрессии мотивированной – приходилось пенять только на себя…

- А ты это чудище вне тела видел? - не отставал Старпом, теребя за брыли породистое собачье «лицо» и разглядывая, как если бы раньше не замечал, белейшие клыки, аккуратно прихватывавшие его пальцы…
- Она не чудище. – неожиданно сухо сказал Командор. В вопросе Старпома не сквозило никакого подвоха, его отношение к Дюшес было, может быть, самую малость менее теплым и заботливым, чем у него самого, но сейчас почему –то он воспринял его слова как обидную фривольность, касающуюся чего –то такого, к чему посторонних допускать нельзя.
- Видел… - почувствовав, что сослуживец его скрытности не поймет, нехотя ответил он. – Как белек. Ну, нерпа… Какое -то морское животное. Только, похоже, слепое. Что-то видит, но в другом диапазоне… Так что не переживай, точно не съест, даже если захочет. А гравиакустикам передай, чтобы не распускали сплетни. Лучше бы Дашке спасибо сказали…
- Это да. – шумно вздохнул старпом. – Спасибо, Даша.
И, засмеявшись с облегчением, чмокнул ее в шершавый мокрый нос.


Сообщение отредактировал Is - Четверг, 26.05.2011, 18:11
 
IsДата: Четверг, 26.05.2011, 11:41 | Сообщение # 7
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Ремонт, который и так велся авральными темпами, показался Командору вечностью… Прошло всего две недели, но пропасть между прежней мирной жизнью и наступившими военными буднями, всей тяжести которых экипаж еще не успел осознать в полной мере, эта пропасть становилась все шире.

Stella maris была обычным веганским рейдером. Серийной астромариной КВ Империи. И экипаж ее был обычным, добротно выученным и давно демонстрировавшим отличную слетанность.
Родившиеся под одними небесами, после учившиеся под другими, часто женившиеся и приобретавшие новую родню с далеких звезд, люди уже не могли мыслить пределами только своего мира, и та планета, где находился дом и семья – была лишь одной из многих, которые призван был защищать Космофлот.
Тем тревожнее было просматривать сводки новостей. Все понимали, что пока они вот здесь, околачиваются в заводе, другие астромарины вязнут в боях, удерживая рубежи обороны в опасной близости от их родных миров.

До сих пор так и не был назван противник. Это было страшнее всего. И в обиходе появилось безликое ОНИ.
В империи Денеба было не принято применять в пропаганде «волшебную силу искусства». Тем более манипулировать теми, кто разбирался в военном деле.
Информация о вторжении шла без цензуры. Возможно, это было ошибкой.
Видеоматериалы руин сожженных, разрушенных, мертвых миров, выведенные на экраны кают- компаний, почти не вызывали споров, почему это произошло, кто допустил такое варварство. Только отчаяние и нараставшее ощущение предательства.
Беспредельная жестокость врага, была чем –то уму непостижимым даже для тех, кто профессионально умел стирать небесные тела различной величины, вскрывать и подавлять все известные им информсистемы, прорывать любые защитные слои планет, в том числе и жилых, и густонаселенных.
Не могли понять основного – цели. Точнее не понять – поверить, что никакой цели, кроме мучительства и тотального уничтожения, у пришельцев нет.

Где -то там, на самом верху остро не хватало того, кто мог и понять, и предотвратить разгром. Граждане империи только еще начинали осознавать свое сиротство.
На троне Денеба воцарился следующий Брат император, и все структуры, и военные, и отвечавшие за внутреннюю безопасность империи, вроде бы никуда не делись, не поменяли названий, правда замелькали в них новые лица братвы.
Но Отца Денеба не стало.
«ИНО –логос» из диссертаций высоколобых теоретиков, державшихся особняком в достаточно закрытой системе НИИ Альтаира, было невозможно быстро применить на практике, донести прикладной вариант людям, родившимся и выросшим в своем логосе, даже не задумываясь что это такое. Да и не было этого прикладного варианта для Гражданской Обороны.
Чужие отторгались на уровне сознания, нечем было описывать их суть, не хватало ни образов, ни символов, и пока у каждого шел свой набор распознавания – невозможна была слаженность в принятии решений и, соответственно, эффективное противодействие.
Как на уровне высшего имперского управления, так и на уровне эскадр, и даже экипажей. Те, кто успевал понять – не успевали донести до остальных, что надо делать. А без неукоснительного исполнения постулата « каждый солдат должен понимать свой маневр» война разваливалась на куски, планирование операций распадалось на глазах, превращая организованное сопротивление в бессмысленную бойню.


Сообщение отредактировал Is - Четверг, 26.05.2011, 18:21
 
IsДата: Четверг, 26.05.2011, 14:32 | Сообщение # 8
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Последний день пребывания в заводе все же наступил. Слабо освещенные коридоры астромарины в пересменок были абсолютно пусты. Техники уже ушли, а роботы только приступали к генеральной приборке помещений.

Сначала Дашка честно увязалась за приемной комиссией, намереваясь лично облазить корабль вместе с Командором. Но приятной прогулки не получилось.
Люди были так заняты своими делом, а их разговоры настолько скучны обилием совершенно непонятных ей терминов, что, у порога реакторного отсека, она сочла за благо для себя приотстать.

Растянувшись на прохладном полу, она издали прислушивалась к оживленному говору, щелчкам каких-то тумблеров, едва слышному гудению, попискиванию, привычным шумам и шорохам оживших систем корабельного оборудования.
Она разговаривала с астромариной по-своему, если бы кто сказал ей, что этот диалог она ведет с бортовой компьютерной системой, она бы долго и удивленно осмысливала это открытие.
Для Дюшес машинный мир был таким же живым, как тот, который считали живым люди, вкладывая в это определение совсем другие чувства.

Она ощущала настроение корабля, как если бы у него было четыре лапы и такой же неугомонный хвост, как у нее, по движениям которого сразу видно, что у собаки на душе.
Дашка знала, что астромарину отремонтировали на совесть, и корабль сейчас подрагивает от нетерпения, снова почуяв скорый старт.
Это предвкушение дороги было и у нее, но что-то мешало представить себя среди вернувшегося на борт экипажа, на своем коврике в центральном посту.
Что-то, ассоциировавшееся у нее с черным балахоном.
И она силилась вспомнить, где она могла видеть этот балахон, и почему на загривке так некстати опять поднимается шерсть и дергаются брыли над оскаленными клыками…

Может быть, если бы у нее было еще пять минут относительной тишины, она бы уловила эту неправильность, и вспомнила эту угрозу, и что-то предприняла бы, обогнав время, хоть на секунду.
Но в коридор опять вывалилась толпа людей, они, громко переговариваясь, разделились на две группы, и за теми, кто пошел к трапам на выход, она уже не смотрела, протолкнувшись поближе к Хозяину, пока тот, на ходу, лист за листом, бегло прочитывал и подписывал что-то на планшете.
Наконец, он обменялся рукопожатием с главным инженером, попрощался и, больше не оглядываясь, стал подниматься наверх, в жилой отсек. Дашка весело полезла следом, но взбираться по крутой лестнице у привычного человека все равно получалось лучше, чем у собаки, и он еще немного опередил ее…

Неожиданно появившееся маленькое зеленоватое пятнышко света на комбезе Командора вдруг зашевелилось, смещаясь под левую лопатку и сжимаясь в яркую точку.
Дашка смотрела на это пятнышко с интересом, как на муху.
В ее собачьей голове было не так уж много мыслей, тем более насчет прицела для легкой лучевки, это оружие внутри корабля никогда не применялось...
И прыгнула. Как умеют прыгать только крупные сильные звери, проживая в коротком швырке всю жизнь.
Ослепительно белая вспышка на доли секунды осветила подволок, она увидела его очень близко, что –то жгучее чиркнуло по холке, по ее парадному ошейнику, густо украшенному алмазами и рубинами, рассыпалось мириадом искр и померкло...

Удар в спину, и сразу темнота. Это все, что среди разорванных смутных грез смог извлечь Командор, нескоро очнувшись в госпитале Райярва. Дальше в памяти был полный провал.


Сообщение отредактировал Is - Четверг, 26.05.2011, 18:16
 
IsДата: Пятница, 27.05.2011, 11:53 | Сообщение # 9
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
За окном была зима.
Внутренний дворик НИИ ИноФауны завален сугробами, голые ветви деревьев, желтая в разводах сырости стена, недавно чищенное широкое крыльцо – и пустота. Белый шар на постаменте, без единой отметины, как символ нечитаемой памяти иных миров.

Только что чьи –то бережные руки, обхватив и придерживая, помогли ей встать на непослушно расползающиеся лапы, ощупали плотные непроницаемые бинты на голове.
- Ничего не бойся, сейчас будем снимать повязку…

Голос молодой, женский, и ладони теплые, чуть влажная нежная кожа на пальцах. Полоска света сквозь привычную уже тьму, медленно – медленно, слой за слоем, и вот уже мутный контур окна, хочется зажмуриться снова, и шатает от слабости и какого –то вязкого чувства безвременья… и бессмысленности всего, что сейчас неотчетливо дрожит перед глазами... двойная рама окна, серый свет зимнего дня, и переметенная снегом дорожка.
Если бы окно было открыто, можно было перемахнуть через подоконник и рвануть прочь, проваливаясь в лежалый снег, покрытый тонкой ледяной коркой наста, обдирая с непривычки подушечки лап и не чувствуя этой боли, до арки и за угол, все равно куда…
Все чужое. Понятное, по отдельности узнаваемое – и чужое...

Дюшес так и не оглянулась на женщину. Покачиваясь, опустилась на кафель, вытянула морду.
Плиточки, как шахматная доска. Пустая, без единой фигуры, если не считать ее саму.

Stella maris ушла в бой с другим командором. В мирное время экипаж был бы заменен весь, до выяснения причин, пока расследование покушения не внесло бы абсолютную прозрачность, и в персоналии, и в мотивы, и в степень причастности или непричастности к преступлению каждого из сотни. А после все равно расформирован.
Но шла война и, то, что инцидент произошел в заводе, а не на базе КВ и не в автономке, позволило командованию дистанцироваться от случившегося, и, не долго думая, выпихнуть 21 астромарину в рейд как есть, пытаясь заткнуть более серьезный прорыв.

- Иона. Ты знаешь, что это такое. Считай, заново родился…Какие рейды, тебя только вчера из кокона достали?.. Послушай, мы тебя собрали по кускам, ты развалишься, при малейшей перегрузке. И никто не возьмется шить тебя во второй раз, сразу направим в Долину. Лежи, лечись, и не морочь мне голову…

Пререкаться было бесполезно. Тем более, что он был сейчас такой один. Вроде как попавший сюда по неуважительной причине. Конечно, не самострел, но…
Командор уже успел оглядеться по сторонам, и оценить происходящее. Утром пришел экстренный транспорт с тяжелоранеными. U29 сгорела…
На бесцеремонность хирурга даже сердиться не получалось, спасибо, что вообще зашел поговорить. Что ж, раз про Долину пока речи нет, ему предстоит бороться за свою живучесть дальше…


Сообщение отредактировал Is - Пятница, 27.05.2011, 23:34
 
IsДата: Пятница, 27.05.2011, 22:29 | Сообщение # 10
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
21 астромарине продолжало везти. Через пару месяцев она вернулась.

Что их, всех вместе, кто-то ждет так, как, наверно, никого из них ни разу не ждали – чувствовали все. Вздыхала и периодически глючила даже корабельная бортовая ИС, по собственной инициативе выдавая заставкой на мониторы то свирепую, то улыбающуюся родную собачью морду…

Едва сойдя на берег, не находивший себе места, Старпом отправился выяснять, что с Дашкой. В зависимости от любви или нелюбви к собакам отдельно взятых людей при погонах, в руках которых могла оказаться информация о Дюшес, ему приходилось, полагаясь на свою интуицию, выдвигать в запросах то версию насчет движимого четвероногого корабельного имущества инвентарный номер такой –то, кличка DUCHESSE , то раненого при исполнении служебных обязанностей члена экипажа Stella maris …

Дюшес нашли в ящике шелтера при НИИ ИФ. За пару дней до развоплощения. В сопроводительной записке о состоянии ее здоровья, подписанном местным научным авторитетом от зоопсихологии, значилось – «утрата контакта с людьми». Для крупной собаки это было приговором.
Разумеется, поле забрали бы для серии экспериментов, уж очень необычно оно восстанавливалось после серьезного лучевого поражения. Заодно покопались бы и в памяти, там тоже могло отложиться что-то важное за время пребывания на рейдере, что подпадало под гриф секретности, и что необходимо было стереть. Несколько реконструированных сканом гамма- кадров, отпечатавшихся в момент залпа на полевой матрице зрачков, из ее тоненькой истории болезни уже были изъяты следователем.

У собак свои боги… Когда делегация с 21 астромарины, в составе Старпома, Дока и еще нескольких человек из штурманской группы ввалилась в регистратуру, это больше было похоже на налет.
В институтских списках Дашка уже не значилась, а в ответ на требование вернуть корабельную собаку девушка- регистратор с равнодушием робота протянула заполненный мелким шрифтом бланк, в котором единственно понятным даже для корабельного доктора словом было - «эвтаназия». Хорошо, что кто-то успел заметить, что пока не проставлена дата.
Подвал, в котором находились унылые ряды глухих клеток, заполненных примерно наполовину обреченно ожидавшими своего финала тварями, был взят на абордаж.
- Не открывайте дверцу, ваше животное опасно!!!... Я не хочу за вас отвечать… Немедленно покиньте помещение… Распишитесь, что забираете без разрешения!!!!!

Слабый возмущенный вопль сотрудницы шелтера бился где–то далеко за их спинами. Плотным кольцом сомкнувшись вокруг Дашки, которую Старпом тащил к выходу, они мечтали только о том, как побыстрее оказаться на свежем воздухе. В собачьи глаза, полные тоски и безнадеги, каждый из них мог смотреть лишь несколько секунд, а после все начинало расплываться в солоноватой пелене навернувшихся слёз, невесть от чего подступавших так близко...


Сообщение отредактировал Is - Понедельник, 30.05.2011, 14:30
 
IsДата: Понедельник, 30.05.2011, 15:55 | Сообщение # 11
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Вернувшись на Stella maris, Дюшес несколько дней растерянно бродила по отсекам, задумчиво разглядывала людей. Слабо повиливая хвостом, тыкалась носом в ладони, как будто пытаясь восстановить в памяти что-то очень важное, чего ей не хватало, чтобы вернуться к прежнему ходу вещей, где в ее жизни все было, как и положено для уважающей себя собаки : Дом, Хозяин и многочисленное Семейство в лице экипажа, весьма буйное и в веселье, и в разборках, щедрое на ласку и надежное, как монолит. Ошейник с названием корабля, носимый с понятной не только собакам гордостью, и собственное уютное спальное место в командорской каюте…

Из своей каюты новый Командор 21 астромарины выселил ее сразу. Точнее, приказал Старпому найти ей пристанище, соответствующее статусу корабельного пса.
То есть, по его представлению, где- то между камбузом и каптеркой, но никак не в жилом отсеке старших офицеров.

Отношения с начальством не складывались. Впрочем, не только у Дюшес. Ее возвращение лишь обострило потихоньку накалявшуюся обстановку.

Вдогонку Дашке из НИИ ИФ прилетело гневное письмо о неподобающем поведении офицеров космофлота, и новый командор, не разбираясь по существу, не нашел ничего лучше, чем устроить выволочку участникам, и пригрозил отправить собаку обратно при первой же сомнительной ситуации.

«Соприкоснуться с человеческим разумом» нового владельца командорского шеврона не удавалось не только Дашке. Но если у людей хватало жизненного опыта отойти и не связываться без особой на то необходимости, то собаке этого было не объяснить, даже на ушко.

Пока Дашке, по мнению корабельного Доктора, были нужны общеукрепляющие процедуры, ее приютили в лазарете. Благо, ничего серьезного у медиков не происходило, и это нарушение порядка было вроде бы незначительным.

Маявшийся от временного безделья Док, будучи большим эстетом, занялся тем, что решил поправить с косметической точки зрения достаточно грубый, плохо заживший шрам, тянувшийся от холки до плеча. Работа, когда она связана с любимым делом – только в радость. А исцеление тела невозможно без знакомства с особенностями поля.

Списав на недавнюю лучевую травму открывшуюся на скане неприглядную картину многочисленных слоистых кольцевых расплавов и рубцов, Док с максимальной бережностью взялся разглаживать наиболее серьезные спайки вокруг головного выроста. Пока не расправился золотистый «воротничок», совершенно нетипичный для той полевой фауны, к которой была отнесена по умолчанию Дашка.
Сильно озадаченный своим открытием, он даже не знал, кому об этом можно было бы сказать. Док, будучи из Плащей, хорошо помнил, что у него самого в детстве был точно такой же…


Сообщение отредактировал Is - Понедельник, 30.05.2011, 23:23
 
IsДата: Вторник, 14.06.2011, 02:43 | Сообщение # 12
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
То, что в дальних и долгих странствиях бывало всякое, особенно при залетах в чужие миры, в общем, ни для кого не являлось тайной.

И полевые формы «ино», попадавшие на карантин, при дотошном рассмотрении, оказывались обычными гибридами, извлекаемыми втихую, все теми же корабельными медиками, из полей чистокровных странников - молодых офицеров экипажа, кто по легкомыслию, свойственному возрасту, не сумел обуздать свои любовные порывы в отношениях с неизученной "местной жизнью".
Не слишком часто, но оказывались.

Проделывалось это обычно до прихода в базу, на стадии, когда под опытной рукой, ведущей луч, иссечение быстро растущего полевого зачатка занимало минуты, и шрамов на частотном рисунке практически не оставалось.
Невоздержанная удаль и неразборчивость в полевых контактах всячески не приветствовались именно из-за возможности непредсказуемого наступления животворящего резонанса и его неминуемых последствий.

Это было давно и хорошо известно многим поколениям покорителей пространств. Но в борьбе дремучей страсти и цивилизованного страха обычно побеждала страсть, поскольку страх в этом деле появился много позднее...

В противном случае, противном во всех смыслах, неприятности по возвращении грозили уже по полной схеме – и служебные, и домашние. Причем не только разгильдяю, непосредственно виновному в ЧП.
Начиная от правила отстранения от вахт по состоянию здоровья еще на астромарине, которое заносилось в журнал с указанием причины.

А дальше уже вступали в силу крайне гуманные законы Империи. По защите полевого зародыша нового живого существа, при любом раскладе подлежащего дальнейшей инкубации и одеванию в тело в искусственных условиях.
С другой стороны, напирали инструкции по информационной безопасности, которые уже вообще никто не брался нарушать ради неведомой химеры- полукровки.

Если же офицер, ко всему еще, оказывался женатым, то полевой контроль всех его впоследствии рождавшихся в браке детей был много жестче из-за возможных миксовых искажений линий скан - идента.

Надо ли пояснять, что пока с несчастным разбирались соответствующие наземные службы, его карьера в КВ висела на волоске.
И даже в случае достаточно благополучного разрешения ситуации – оставалась запись в личном деле, часто невольно препятствовавшая дальнейшему росту в должностях и званиях, из-за требований абсолютной чистоты при все более высоких уровнях полевых допусков к серьезным объектам.

Поэтому, если получалось сбросить в зооколлекцию и после сдать «в хорошие руки» нечто, заведомо не претендовавшее на разум, это в узком кругу звездолетчиков не считалось чем-то совсем уж зазорным. Так сложилось, и пересмотреть вековые традиции уже не было под силу никому. Они диктовались образом жизни.


Сообщение отредактировал Is - Вторник, 14.06.2011, 03:36
 
IsДата: Вторник, 14.06.2011, 11:54 | Сообщение # 13
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Чем дольше корабельный Док наблюдал за тем существом, что уже никак не ассоциировалось с просто животным, тем хреновее становилось у него на душе.

До сих пор ему ни разу не доводилось задумываться, что после бывало с теми новыми полевыми образованиями, от которых и он сам помогал избавиться, не раз и не два, за свою достаточно долгую службу на разных астромаринах.

Более того, несколько загадочное до сих пор обстоятельство, почему Дюшес с командором поделила дозу напополам, прыгнув под луч, вдруг приобретало вполне осмысленные с точки зрения звездолетчика контуры.
Пажеский тест, который поколение за поколением проходили все мальчики из летных династий, был ему более чем знаком.
И этот воротничок, который с годами должен был бы превратиться в роскошную многослойную пелерину, если бы…

Если бы это был малыш странника, а не пьяная ошибка какого-то безымянного шалопая.

На время короткой стоянки на орбите -«бога, сошедшего с небес». В далеком диком мире, сотканном из острых запахов непривычной флоры, и призывных звуков копошащейся в буйных зарослях фауны. Одуревшего от нахлынувшего тепла и подзабытого яркого дневного света, чего всем им так не хватало на железе.

И с полным ощущением свободы поющей души, хозяйской вседозволенности делать здесь то, что заблагорассудится, в обманчивой удаленности от осточертевшей внутрикорабельной дисциплины и постоянного человеческого дресскода скафандра, требовавшего поддержания соответствующего морального облика.

Серебристое поджарое брюхо корабля висело где –то высоко в небе, вместе с Уставом, командором и старпомом, а командир родной БЧ сам по возрасту и эмоциям обычно недалеко ушел от юного по всем меркам первопроходца империи Денеба, и охотно закрывал глаза на любую невинную шалость своих подчиненных, если за нее ему не предстояло немедленно лично отвечать.

Но однажды радости жизни могли закончиться, и заканчивались весьма плачевно, вплоть до Долины вечных снов по возвращении.
В лазарет особо скрытные, по части интимных похождений, попадали прямо со своего боевого поста с симптомами нестерпимой боли.

Период между включением фотонного двигателя и разгоном астромарины перед гиперпрыжком они запоминали навсегда. В молодом, абсолютно здоровом до сего момента поле от перегрузок начинали стремительно нарастать надрывы в месте тончайших и нежнейших структур оболочек нежданного зачатка, дававшего о себе знать столь своевременно и жестоко. Природные циклы размножения живых полей не предполагали устойчивости к таким гравитравмам по определению.
Остановить разгон корабля было зачастую просто невозможно, и дальнейшее состояние пациента зависело от стечения многих факторов, где мастерство медиков было отнюдь не главным, поскольку переупрямить физику удавалось лишь до пределов возможностей защитных экранов корабля, и общей боевой обстановки.


Сообщение отредактировал Is - Вторник, 14.06.2011, 20:31
 
IsДата: Среда, 15.06.2011, 17:07 | Сообщение # 14
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
В жизни Дюшес выпадало не так уж много счастливых дней. Но эта неделя запомнилась навсегда.

Что-то утаить от экипажа на 21 астромарине было делом нереальным. Сначала открытие Дока обсуждали в лазарете, после новость просочилась в отсеки, и, когда Дашка совершала свой привычный обход корабля, то один, то другой подзывал ее к себе, вопросительно заглядывая в глаза.
Как если бы одновременно пытались и опасались уловить ненароком смутное сходство.

И гладили по атласистой короткой шерсти тяжелую Дашкину голову, возлежащую для удобства на коленях, чтобы, не торопясь, и рассмотреть, и приласкать.
Нежными- нежными прикосновениями, и как-то даже виновато, совсем не так, как раньше, когда небрежно потрепав за уши, тут же слегка отстранялись от слюнявых собачьих брылей…

Если ее прежний ошейник был просто хорошим, соответствовавшим собачьей моде того времени, то теперь он был чудом ювелирного искусства.

По внешности и воспитанию корабельного пса, его породе, кличке, ошейнику, месту в каюте, судили о вкусах и щедрости командора и экипажа, и все это знали.
На Дашкином новом ошейнике, которому скорее пристало быть ожерельем, привольно раскинулась звездная карта миров Веги, в натуральную величину, если считать за нее перфоленту нави-системы, взятую за образец.

Огромный сапфир, в окружении камней, подобранных по цвету обозначаемых звезд и крупных планет – тоже сапфиров разных оттенков, алмазов, изумрудов, рубинов, - мерцал и искрился сложнейшей огранкой. Только на непосвященный взгляд, узор на черной тисненой коже был бессмысленным и хаотичным. Знатоки сразу же видели, насколько точно и подробно передана картина небес…

Средства, которые накапливались за годы полетов, даже тратить было особо не на что и, главное, некогда. Они оседали на счетах практически без движения, и придумать, на что потратиться с удовольствием – это еще нужно было очень постараться.
Поэтому и привилась, став традиционной, беспечная щедрость к случайным подругам и любовницам, разгульные кутежи, азартные игры и остальные «подвиги» в коротких отпусках, когда проявленная кем –то хорошая фантазия позволяла прирастать местному фольклору разнообразными байками.
Дружно скинувшись на этот шедевр, несколько дней боялись только одного – не успеть получить заказ до похода, и, соответственно, похвастаться перед соседями по пирсу, которых долго ничем не удавалось прошибить всерьез. Те кичились своим кобелем просто по факту его мужского достоинства…

По такому случаю Дашу взяли в ресторан. Возглавлял мероприятие Старпом, поскольку у нового начальника, как уже неоднократно бывало, совсем не нашлось свободного времени для своих подчиненных. Но это было к лучшему. В профессиональном плане, к нему претензий не было ни у кого, но почти все на Stella maris тихонько считали дни и надеялись на возвращение своего Командора.


Сообщение отредактировал Is - Четверг, 16.06.2011, 04:00
 
IsДата: Четверг, 16.06.2011, 02:23 | Сообщение # 15
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Хороший был вечер. Как будто завтра, крайний срок послезавтра, не нужно было опять уходить в рейд, и не было никакой войны, смертей и похоронок, в которые никто из них не хотел верить, предпочитая считать живыми астромарины, безвестно канувшие в глубинах космоса.

О родичах и друзьях страшнее всего было получать известия «из Рая», вот они уже не оставляли никакой надежды.
Застолье не ладилось, пока с энного захода, по очереди терзая линию связи, подключив весь ресурс личного обаяния и обширных знакомств среди операторов Лилий, дозвонились до госпиталя, и только, когда на экране проступила заспанная, помятая и бледная, но явно вознамерившаяся жить физиономия Командора, сообразили, что там уже глухая ночь…

Впрочем, по нему настолько соскучились, и столько уже всего накопилось, о чем следовало рассказать, и что прямым текстом нельзя было доверить открытому эфиру, что пошумев и потолкавшись, чтобы всем втиснуться в кадр, постепенно застыли в неподвижности, кто улыбаясь, кто чуть хмурясь от волнения. Командор стоял посреди пустого в этот час холла отделения реабилитации перед панелью переговорного устройства, выведенной на стену, и неотрывно смотрел на них, чувствуя, что никакие слова не нужны.

В первый ряд по центру выдвинули Дюшес в ее роскошном украшении, не слишком понимавшую, зачем это вдруг понадобилось.

Пока она не услышала голос, обращенный к ней, и не закрутилась, радостно и беспокойно скуля, узнав дорогие ее сердцу черты, сопоставляя знакомый облик Хозяина с человеком, что ждал ее по ту сторону экрана, и до которого она не могла дотянуться, чтобы удостовериться наверняка, как ни старалась.
Натыкаясь на прозрачную преграду монитора, отступала назад, подчиняясь повелительному оклику занервничавшего следом за ней Старпома, и, все равно, всеми силами своей души рвалась туда, откуда, казалось бы, совсем рядом, раздавался хозяйский приветливый зов, лишь немного искаженный помехами. И замирала, вытянувшись в напряженной стойке, что-то, наконец, поняв, и вся обратившись в слух, по неосознанной привычке беря ухом то, что было недоступно людям.

После, как будто успели сделать что-то очень важное, все оживились, торопясь попрощаться, пока не отключилась межпланетная связь, и занимая свои места за столом, и вот уже разговоры пошли своим чередом, зазвенела посуда и бокалы,.. зазвучала музыка... Кок повсюду таскал свою гитару, поддерживая заведенные раз и навсегда обычаи. 21 астромарина была богата талантами…
Дашка развалилась под столом, у ног Старпома, меланхолично положив морду на лапы, и слушала негромкие гитарные переборы, грезя о чем –то своем, постепенно погружаясь в бесконечно повторяющийся собачий сон, туда, где она, увидев Хозяина, бежит и бежит… по мокрому песку в полосе прибоя …

Командор, взволнованный этим свиданием ничуть не меньше, и так постоянно мучился своей тревогой за корабль, не по его воле оказавшийся в чужих руках, изводя себя упреками, которые ему никто бы не осмелился бросить, зная его честность и преданность делу.
Он мысленно каждый день был с ними, но и он не почувствовал, что видит их всех в последний раз.

Потом, когда Stella maris не вернулась с задания, эти фрагменты его памяти были выгружены на машину Микерина, и педантично сопоставлены с записью видеоразговора, сделанной в Райярве.


Сообщение отредактировал Is - Воскресенье, 19.06.2011, 14:30
 
IsДата: Суббота, 18.06.2011, 00:23 | Сообщение # 16
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
...Вернулись они на корабль уже под утро, хмельные и очень довольные тем фактом, что новый командор, оставшийся "думать о судьбах астромарины" в гордом одиночестве, не считая вахты, за всю ночь кутежа так никого и не выдернул из-за стола, как уже бывало, по самым ничтожным поводам, называемым "неотложными делами службы", сочинять которые он был большой мастак.

И как-то получилось, что Дюшес оказалась в знакомом до мелочей «командорском» коридоре, вместе со Старпомом и еще парой человек, продолжавших между собой оживленную беседу, и намеревавшихся душевно завершить посиделки еще одной бутылочкой коньяка в старпомовской каюте, как наиболее просторной и привычной к гостеприимству.

- Старпом, немедленно зайдите ко мне.

Резкий оклик прозвучал в тишине несколько громче, чем полагалось по обстоятельствам, и отдано было приказание настолько неприязненно- властным тоном, что вздрогнувший от неожиданности старший гравиакустик, уже, возможно, перебравший лишку, не сдержал возгласа, вырвавшегося, казалось, из самой глубины сердца.
- Вот же Змей…

Старпом незаметно ткнул его локтем в бок: « Идите, я сейчас вернусь…» И, вздохнув, направился в каюту командора . А Дашка пошла следом за ним.

Старпом молча читал уже в третий, а потом и в четвертый раз недлинный документ на официальном бланке с грифом Карантинной службы Управления Сейдами, точным швырком переброшенный ему через стол, переводил взгляд с бумаги на человека, стоявшего к нему вполоборота с видом несокрушимого превосходства и правоты во всем, и не мог взять в толк, как с такой сволочью можно летать дальше.

Новость касалась Дюшес. Ее требовалось вернуть, как гибридное поле неизвестного происхождения, причем уже не в НИИ ИФ, а в совсем другую организацию, которая займется выяснением отцовства и его прочими сопутствующими качествами, что подразумевало неизбежное развоплощение.

С одной стороны это было вроде бы не лишено целесообразности, и даже некоторого гуманизма, гибрид при определенных обстоятельствах мог быть признан достойным человеческого дресскода, но что-то Старпому подсказывало, что к Дашкиному случаю это не относится. И что заинтересовались ею по какой-то другой причине. Которую обобщил в доносе вовсе не Док, совершенно не претендовавший на лавры сыщика.

- Что же ты творишь?… - дальнейшая тирада Старпома вместила в себя столько смысловых нюансов , сколько вообще может вложить виртуоз в нецензурную брань. Но, вопреки его надежде спровоцировать откровенный разговор, эта попытка, как и все предыдущие, снова разбилась о наигранное холодное равнодушие к естественным чувствам людей, общими заботами вырастивших Дашку из маленького щенка.

- Даю два часа убрать с корабля ублюдка. Если вам лично это важно, займитесь отправкой сами. Или перепоручите, меня это больше не касается… - командор, поморщившись, утомленно потер переносицу, давая понять, что обсуждение окончено.

Когда он, наконец, соизволил заметить Дашку, испуганно жавшуюся у входа, и ее шикарное ожерелье, Старпом уже перешагнул порог...

Светло-голубые глаза высокородного арийца, только что брезгливо щурившиеся от демонстративной усталости вследствие ночного бдения над картами, внезапно изумленно округлились и давно скрываемый мстительный гнев, на всех сразу, и на разболтанный, не признающий его экипаж, и на вот эту тварь в бриллиантах, за которую они почему-то готовы на все, вдруг выплеснулся наружу грязным ругательством.
То ли он был абсолютно уверен в своей безнаказанности, то ли в том, что сука, в отличие от скрывшегося за дверным проемом Старпома, не могла понять его скабрезного намека, и тут же дать сдачи.
Зря он протянул руку к ошейнику...

После Старпом засвидетельствовал, что он пытался его сорвать. Но вряд ли сам видел это момент. Отчетливый треск плотной ткани, хруст и сдавленно- истошные крики о помощи заставили броситься обратно в каюту.
И понять, что произошло нечто совершенно непоправимое для Дашкиной судьбы.

Прижимая к груди перекушенное предплечье, бледный как мел, командор тщетно силился что-то произнести, зато ужас, исказивший обычно такое бесстрастное, холеное лицо, был слишком красноречивым.

Старпом опомнился уже на берегу, увидев себя несущимся по причалу наперегонки с Дашкой, торопясь проскочить ворота базы, пока "жертву нападения Иножизни" удалось усмирить приличной дозой анестезии. Но его пребывание в операционной, где он обязан был беспрекословно подчиняться Доку, не могло продолжаться слишком долго.

Тот был немало потрясен характером травмы, причем не столько видом пострадавшей конечности, сколько открывшейся на скане жутковатой деструкции поля в месте укуса, и постарался по максимуму выжать время из беспомощного состояния Змея под видом оказания сложной медицинской помощи.
С этого часа по – другому его уже на Stella maris не называл никто.

Если говорить начистоту, врачевать его Док не испытывал ни малейшего желания. Первый раз в жизни. И делал, все что полагалось, с запасом и выдумкой, в основном ради Дюшес.

Чтобы можно было хотя бы попытаться что-то предпринять, не выходя за рамки закона слишком сильно, и осуществить без огласки…


Сообщение отредактировал Is - Суббота, 18.06.2011, 23:38
 
IsДата: Воскресенье, 19.06.2011, 03:42 | Сообщение # 17
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
- Дашка, Дашенька… Что же ты наделала…

Занимался рассвет. Старпом сидел на лавочке в сквере перед космопортом, обхватив голову руками. Смотреть на Дашку он не мог.

По всему получалось, что нужно идти вон к тому приземистому строению, вызвать кого-нибудь из Карантинной службы, и, отметив штемпелем предписание о «сдаче образца», быстро уходить, не оглядываясь. А после напиться так, чтобы назавтра, а лучше до послезавтра, ничего не помнить.

Все эти полтора часа, пока они кружили по улицам незнакомого города, как будто уходили от погони, которой на самом деле не было и быть не могло, он пытался вызвонить хоть кого– то, чтобы договориться спрятать Дашку и подержать у себя, пока Командор, уже идущий на выписку, смог бы вступиться за нее уже силой своего авторитета и связей, тем более что у него после было бы для этого достаточно времени.

Но город был чужой, и те дни, что 21 астромарина пробыла здесь на отдыхе – никак не сказались на его обзаведении полезными знакомствами среди местного населения.

Не вернуться на Stella maris он не мог. Если в мирное время это еще могло быть как – то смягчено и закончилось бы максимум гауптвахтой, с которой однажды все равно выходят, то в условиях военного времени – за дезертирство он неизбежно попадал под трибунал.

-Пойдем.
Дюшес, до сих пор лежавшая на пыльном газоне, отрешенно глядела куда –то вдаль, через сетку забора, на летное поле, где с едва слышным жужжанием поднимались пассажирские диски местных космолиний, и быстро таяли в блеклой голубизне небес. Она нехотя встала, как будто он оторвал ее от каких-то важных, но совершенно непонятных человеку размышлений, и беспрекословно поплелась рядом, понурив голову и смирившись с любым решением, которое должен был принять человек.

По мере приближения к зданиям космопорта, все отчетливее становился голос диктора, монотонно объявлявший о прибытиях и отправлениях рейсов…
Старпом был слишком расстроен, чтобы вслушиваться, но прозвучавшее знакомое название одного из многочисленных пунктов назначения заставило его сбавить шаг, а после вдруг остановиться, лихорадочно подсчитывая шансы, получится ли провернуть внезапно озаривший его план действий, достаточно простой и нахальный, чтобы хотя бы попробовать...

Дальнейшее было после зафиксировано не менее чем в двух рапортах, кроме объяснительных записок, которые уже никто не считал.

В вестибюле Карантинной службы Старпом, бестрепетно подав в окошко предписание, терпеливо обождал, пока его изучат, введут все данные в компьютер и получат ответ. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Наконец штемпель украсил отрывной корешок, который полагалось приложить к корабельной документации, и Старпом небрежно спрятал его в бумажник.
- Давайте ваше животное.

Старпом так же равнодушно снял ошейник, и положил в карман.
- …Это корабельное имущество… Теперь забирайте ее.

Дашка, оставшись с непривычно голой шеей, стала нервно подрагивать, косясь на постороннего человека, и так не особо стремившегося к ней приблизиться. Клерк Карантинной службы, имевший достаточный опыт общения с животными, задумчиво посмотрел на вываленный розовый язык, метавшийся среди внушительных клыков.

- Не положено. Без намордника, ошейника и поводка. Не могу.

Старпом как будто всю жизнь играл в драмкружке. Немного поскандалив, ровно настолько, чтобы принимающая сторона уперлась в параграф инструкции, он задал последний вопрос, который по всем правилам должен был запомниться.

-… … И где тут у вас можно все это приобрести?

- Посмотрите в торговом комплексе космопорта…

**************

- Девушка, можно попросить вас о большом одолжении?
В очереди на регистрацию он выбрал самую невзрачную на вид студентку из аборигенов, явно летевшую домой на каникулы. Выбрал по спокойному приветливому взгляду и чему–то еще, чему и объяснения не было, позволявшему доверить ей Дашку.

- Меня отзывают из отпуска, я сегодня ухожу в рейд,… мне нужно отправить домой собаку. Вам почти по пути, вы летите до Альбы?
… Там Дюшес потребуется пересадка, на Райярв, ее встретят… Не могли бы вы помочь, чтобы я был спокоен за нее? Да? Огромное спасибо… Тогда я оформлю на нее посадочный талон, собака полетит в багажном отсеке, это вас нисколько не затруднит, ведь правда?

Богатый опыт молодости пригодился в самый, казалось бы, не подходящий для этого момент. За пятнадцать минут, пока их очередь продвинулась к стойке, они раззнакомились в достаточной степени, чтобы Дашка, внимательно обнюхав барышню, очарованную неожиданным вниманием офицера космофлота, спокойно отнеслась к тому, что поводок оказался в ее руках.

Дашка была не единственным животным, улетавшим этим рейсом, и , даже выделяясь среди собак, все же не могла оттянуть все внимание на себя, настолько, насколько это удалось огромному попугаю, отчаянно оравшему в переноске.

Проводив взглядом взлетевший диск, Старпом с большим облегчением подумал, что теперь ему имеет смысл обнаглеть окончательно.

Попросив таксиста притормозить у ближайшего узла связи, он, довольно долго писал коротенькое сообщение в Райярв насчет Дашки и ее отправки в карантин… дождавшись, чтобы цифры времени отправления депеши совпали с номером рейса.

Теперь приходилось уповать только на удачу.


Сообщение отредактировал Is - Воскресенье, 19.06.2011, 09:26
 
IsДата: Понедельник, 20.06.2011, 02:48 | Сообщение # 18
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Вопреки своей тайной надежде застать Змея в нетрудоспособном состоянии, и мысленно очень сокрушаясь о том, что Дашкины зубы не сомкнулись у него на горле, Старпом по приходе узрел его в центральном посту.

Надо отдать должное, командорами становились не просто так. Как ,впрочем, и корабельными медиками астромарин.

Если бы не черная косынка , поддерживающая на перевязи пострадавшую руку, можно было бы подумать, что вообще события этого сумасшедшего утра всем участникам привиделись в дурном кошмаре.

По крайней мере, Змей не позволил никуда доложить о своем ранении, для одного корабля второе ЧП за столь короткое время - это было бы слишком по любым меркам, и менее всего ему хотелось публично стать героем некрасивой истории.

Полдня он стоически не покидал командорского кресла, всем видом показывая, что инцидент исчерпан, и что его и вправду не касается, куда, наконец, сгинула отделавшая его зверюга, раз его распоряжение каким-то образом все же исполнено.

Пока не рискнул встретиться глазами со Старпомом, и тот, в свою очередь, повторив его давешний жест, молча, швырнул ему через стол полоску бумаги, проштампованную в Карантинной службе…

А потом с Лилии принесли ожидаемый со вчерашнего дня приказ о немедленном выходе, и размеренная суета подготовки к старту, давно отработанная на Stella maris до полного автоматизма, поглотила личные переживания, и обоим участникам этой дуэли взглядов быстро стало «не до того».

**************

Диск, на котором летела Дюшес, пришел на Орею поздно ночью, промаявшись перед шлюзом и опоздав в порт назначения на несколько часов.

Теперь тоннели в первую очередь пропускали военные грузы, и «пассажирам» ничего не оставалось, как терпеть в стороне, пока массивные транспорта, неуклюже маневрируя, втягивались в жерло шлюзового портала.
Или, как вдобавок приключилось уже почти перед выходом из тоннеля, и они прождали часа полтора, пока им заново нашли окошко в транспортном потоке.
Без всяких извинений за доставленные неудобства, их задвинули в технический карман, чтобы дать дорогу астромарине, нагонявшей идущие перед ней суда одно за другим, и шедшей на такой скорости, что диспетчерам приходилось в страшной спешке расталкивать всех на ее пути.

Так что, Дашка, сидя в своем контейнере, только почувствовала , как до боли защемило ее сердце, когда совсем рядом, но мимо, пронесся родной и узнаваемый вихрь характерных вибраций Stella maris, почти неуловимых отсюда, через двухслойный экран тоннеля. Обозначился в ее мозгу призрачным силуэтом, и тут же исчез.
И она завыла, зацарапала когтями по запертой крышке, осознав, что осталась одна.

- Дюся, Дося …ох, да как же тебя зовут,.. иди ко мне... Вот, умница, давай пойдем посмотрим, когда теперь твой рейс…

Девушка пристегнула карабин поводка, потянула ее за собой, и Дюшес, уже не сопротивляясь, пошла за ней, потому что больше идти было не с кем и некуда.

Как и следовало ожидать, изучение расписания не прибавило оптимизма.
До утра на Райярв ничего не предвиделось, а первый утренний рейс уже сейчас задерживали по техническим причинам.

Легкая девичья ручка легла ей на голову, одновременно успокаивая и ободряя.
Можно было поискать дежурного, и попробовать определить ее в багаж прямо сейчас, благо условия транспортировки в принципе позволяли это сделать.
Опоздала она не по своей вине, и в билете было точно указано, куда ее следует отправить из порта Альбы.

Но слишком несчастной выглядела Дюшес, чтобы снова запереть ее в контейнер, и бросить на произвол судьбы.

И еще была причина, в чем, пожалуй, даже себе не могла признаться негаданная Дашкина попутчица.

Ей хотелось прилежно выполнить свое обязательство, чтобы сохранить зыбкую надежду однажды опять увидеться с обаятельным владельцем этой собаки, который возник в ее серенькой жизни совершенно случайно, нагрянув из совсем других общественных сфер, манивших ее именно своей недостижимостью.
Перелет до Ореи был бы невыразимо скучным и утомительным, если бы она не нашла себе развлечения, перебирая в памяти все мелочи их коротенькой беседы. Образ, который ей рисовался, самым странным манером занимал ее мысли, исподволь заставляя мечтать о новой встрече.

- Нет, я тебя здесь ни за что не оставлю… Сейчас поедем домой, Дюшенька. А завтра я отвезу тебя в Райярв…


Сообщение отредактировал Is - Вторник, 21.06.2011, 21:58
 
IsДата: Понедельник, 20.06.2011, 16:44 | Сообщение # 19
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Маленький городок на горном плато, получивший свое название от озера, на берегу которого он раскинулся, приобрел свою печальную известность только за счет мощнейшего медицинского комплекса КВ, специализировавшегося в области поражений различными видами волнового оружия.

Спектр поражающих факторов, с которыми приходилось сталкиваться полевым медикам Райярва, расширялся с каждым годом, но эмблема на узорной ограде старого парка, увитого тропической растительностью, оставалась такой же старой, обобщающей саму суть решаемой задачи - RЯRV.

Так же по старинке весь комплекс в обиходе называли противолучевым госпиталем Рай. А хоспис при нем с некоторых пор – "Долиной вечных снов".

Тенистые аллеи чередовались с цветочными террасами, спускаясь к набережной, по которой так приятно было прогуливаться в хорошую погоду, особенно тем, кто мог заново оценить все прелести возвращения к жизни.

Но, как правило, аллеи эти были малолюдны. Персоналу было некогда, а пациенты, едва поднявшись на ноги, либо старались как можно быстрее покинуть это место, навсегда связанное в их памяти с самым тяжелым эмоциональным периодом, когда вопрос «как жить дальше» мучил едва ли не больше всех остальных недомоганий, либо, уже ни на что не надеясь, не покидали своих палат, довольствуясь шезлонгом на лоджии, пока сценаристы Долины писали индивидуальную программу на основе самых дорогих воспоминаний, чтобы, насколько можно, облегчить угасание и боль утрат.

Вот и Командор, как только позволили силы, стал искать повод, чтобы поменьше оставаться в Раю, находя себе любое дело в городке и его окрестностях. С каждым днем процедур становилось все меньше, и, наконец, зашла речь о комиссии, которая и должна была определить его дальнейшую профпригодность к полетам.

Он бы наверно и не дожил до этой комиссии, которая все откладывалась и откладывалась, настолько сама мысль о том, что придется расстаться с Космофлотом, была мучительна и неприемлема в самой глубине души.
Если бы не видео-свидание с экипажем астромарины, а после отчаянная телеграмма от Старпома, которую он, много лет зная своего приятеля, разумеется, прочел правильно. А что не прочел между строк, добрал из ощущений.

На фоне этого несчастья его собственные переживания начали блекнуть, и очень скоро от них не осталось ничего, кроме немедленной жажды действия.

Поэтому, досконально накануне изучив расписание, утро он встретил, бродя сначала вокруг местного аэропорта, потом по его полупустому залу. Где-то к обеду пришел рейс с Альбы, и стало ясно, что Дашка до Райярва не долетела.

Примостившись за барной стойкой, так, чтобы видеть часть зала у выхода, Командор заказал какой-то напиток, чтобы не слишком бросаться в глаза своим длительным праздношатанием, и после долго мурыжил его через соломинку, от волнения не чувствуя никакого вкуса. Он почему–то решил, что надо ждать, хотя по всему выходило, что ждать абсолютно нечего, по крайней мере, сегодня.

Но уйти он не мог, это было единственное место встречи, о котором предупредил Старпом.


Сообщение отредактировал Is - Понедельник, 20.06.2011, 16:52
 
IsДата: Среда, 22.06.2011, 01:22 | Сообщение # 20
Местный житель планеты N
Группа: Друзья
Сообщений: 1738
Статус: Offline
Дюшес выросла в полном доверии к людям и четком понимании, что ей можно и что нельзя, воспитанном самим укладом корабельной жизни.

Оказавшись ночью в незнакомом доме, она дисциплинированно заняла место на веранде, хотя хозяева и пригласили ее зайти вовнутрь, немного посовещавшись и отойдя от первого испуганного удивления.
Когда радостные голоса в гостиной затихли, Дашка, свернувшись калачиком, смежила сразу отяжелевшие веки.

В приоткрытое окно теплыми волнами наплывали терпкие ночные ароматы и стрекот цикад. Предместья Альбы утопали в садах, полных благоухающих растений, пышных кустарниках и цветочных клумбах, различных вьюнах и плющах, заплетающих фасады домов. Где –то совсем недалеко, за окраинами, начинались луга, перемежающиеся аккуратно возделанными квадратами полей.

Безотчетно сортируя знакомые и неизвестные запахи, она в полудреме как будто шла за ними, блуждая по тропинкам, пересекая улицы, проспекты и шоссе. Постепенно обрывочная мозаика пейзажей стала складываться в ее голове во что-то, напоминавшее достаточно подробные карты местности, если бы собаки умели их читать...

Она встрепенулась и вскочила, не зная, что ее влечет за порог, и куда она намерена идти.
Вокруг было очень тихо. Дюшес осторожно подлезла мордой под тонкую занавеску, встала лапами на подоконник и увидела небо. Усыпанное звездами небо. Такое же, какое было еще вчера на ее ошейнике, только живое и бездонное.

Она и сама не поняла, как так вышло, мускулы напряглись сами, и вот уже она коснулась росистой травы, пересекла дворик, шутя перемахнув через зеленую колючую изгородь, и пошла, пошла, размашисто и плавно, едва касаясь когтями шуршащего гравия дорожки, пока не выскочила на простор и покружив немного, повернула в сторону возвышавшихся вдалеке городских высоток.

Дашка не понимала, что с ней. Ведомая только невесть как всколыхнувшейся памятью, которую она не могла толком осознать, чувствуя близость чего-то очень знакомого, что обязательно должно было открыться вон за тем поворотом, она, не разбирая дороги, наискось срезая углы, там где это было можно, бежала домой.

Только когда Дюшес нырнула под арку и оказалась в широком дворе старинного дома, с лепниной вычурного орнамента и сонными голубями по карнизам, она замерла, озираясь по сторонам, принюхиваясь и не находя в прохладном утреннем воздухе никаких знакомых следов. К ней постепенно возвращалось чувство реальности, а вместе с ним и страх.

Это был ее двор, с истертыми спинами мраморных львов, лежавших по бокам парадного подъезда, через приоткрытую тяжелую дверь в глубине полумрака были видны плитки узорчатой керамики, местами слегка побитой, и бело - серые ступени лестницы, при ярком дневном свете обычно покрытые пестрыми бликами от стекляшек оконных витражей.

Она даже ощущала, какие гладкие отполированные поверхности у дубовых перил, и с какой стороны чуть мерцает кнопка вызова лифта.

Лапы сами подкосились, и она плюхнулась у низенького бордюрчика фонтана, выключенного на ночь, запрокинула голову, из последних сил выискивая глазами свой балкон на третьем этаже, на котором в летний полдень так здорово было готовиться к экзаменам…

Но сквознячок трепал чужую портьеру, надувая парусами легкий салатовый шелк, и она только сейчас заметила, что от высоченной липы, в любую жару дававшей когда-то густую свежую тень, остался только срез у самой поверхности почвы.

Дашке было плохо.

Поэтому, когда через некоторое время около нее стали останавливаться жильцы, очень спешившие по своим делам , она лишь вяло помахивала кончиком хвоста в ответ на тревожные, участливые интонации незнакомых голосов, и не двигалась с места.
Потом приехала какая-то машина, и люди в униформе, вышедшие из нее, совсем ей не понравлись, но все пути к отступлению были перекрыты пришедшим на подмогу толстым дворником, кого-то опять ей смутно и остро напомнившим, и поздно было рычать и вырываться. Да и не зачем.

********

Около шести вечера, уже стоя снаружи и безнадежно оглядывая пустынную площадь, без намека на прибытие какого -либо общественного или личного транспорта, Командор, наплевав на все запреты врачей, докуривал последнюю сигарету.

Усталый, расстроенный и злой, он нервно бросил окурок в урну, и совсем было решил вернуться в госпиталь хотя бы к ужину, когда вдали на шоссе показалась быстро приближающаяся точка.

Такси, с номерами Альбы, резко затормозило, высадив молоденькую зареванную девицу.
Не глядя по сторонам, она что-то судорожно искала в сумочке с видом полнейшего отчаяния. Наконец, она вытащила собачий поводок, и зажав его в кулачке, обреченно прошла мимо остолбеневшего от догадки Командора.

- Где Дюшес?
Девушка даже нисколько не удивилась, как будто в Райярве первый встречный должен был задать ей именно этот вопрос.
- Она...
У Командора не достало любезности пережидать ее горькие всхлипывания, прерывавшие еле слышный шепот.
- Громче!..
- Она убежала!


Сообщение отредактировал Is - Среда, 22.06.2011, 09:58
 
Форум » Большие миры Империи Лебедя » Архивы Микерина » Duchesse. (История одной собаки.)
Страница 1 из 212»
Поиск: